Харуки Мураками - Ускользающая метафора

Может, Масахико Амада и прав: я просто обязан сотворить какую-то нелепость, чтобы доказать, что я — свободный человек, как это делали русские интеллигенты XIX века. Но что? Скажем… провести целый час на дне мрачного глубокого склепа. И тут меня как осенило: разве не этим как раз занимается Мэнсики? Череда его поступков — вряд ли нелепость . Однако, как ни взгляни на это, сколь сдержанно ни выражайся, он был слегка безумен.

Мариэ пришла ко мне в дом в начале пятого. Раздался звонок в прихожей, я открыл дверь — там стояла она. Словно проскользнув через щель, она быстро и ловко оказалась внутри — совсем как обрывок облака. И осторожно осмотрелась по сторонам.

— В доме никого нет.

— Никого, — подтвердил я.

— Вчера кто-то приходил.

Это был вопрос.

— Да, ко мне приезжал с ночевкой товарищ, — пояснил я.

— Мужчина.

— Да. Мужчина. Но откуда ты знаешь, что здесь кто-то был?

— Перед домом стояла черная машина, я раньше ее не видела. Старенькая такая, похожа на коробку.

Старый универсал «вольво», который Масахико Амада в шутку называет «шведской коробкой от бэнто ». Машина весьма удобна для перевозки туш северных оленей.

— Ты и вчера сюда приходила.

Мариэ молча кивнула. Кто знает — может, она, когда есть время, по тайной тропе является проверить этот дом? Вообще задолго до моего приезда сюда все эти места были ее игровой площадкой. Можно даже сказать — охотничьим заказником . А потом так вышло, что здесь поселился я. Раз так, она могла встречаться с Томохико Амадой, пока тот здесь жил. Как-нибудь нужно ее об этом расспросить.

Я провел Мариэ в гостиную и посадил на диван, а сам разместился в кресле. Спросил, что принести ей попить? Она ответила, что ничего не нужно.

— Приезжал с ночевкой мой однокашник, мы вместе учились в институте, — сообщил я.

— Вы с ним дружите?

— Думаю, да, — ответил я. — Пожалуй, он — единственный, кого я могу назвать своим другом.

Пусть его коллега спит с моей женой, пусть Масахико их познакомил, пусть, зная об этом, он не говорил мне правду, пусть это привело к моему разводу. Мы настолько дружны, что все это особо не бросает тень на нашу с ним дружбу. Я не погрешу против истины, если назову его своим другом.

— А у тебя есть друзья? — спросил я.

Мариэ на этот вопрос не ответила. Не пошевелив даже бровью, сделала вид, будто ничего не слышала. Видно, я зря спросил.

— А господин Мэн Си Ки вам не друг, — сказала она. Без вопросительной интонации, но то был чистой воды вопрос. Она спрашивает: «А господин Мэнсики вам разве не друг?»

Я ответил:

— Помнится, я уже говорил, что не настолько хорошо знаю господина Мэнсики, чтобы мог считать его своим другом. Мы познакомились, когда я переехал сюда, а с тех пор не прошло и полугода. Чтобы люди стали друзьями, требуется время. Разумеется, господин Мэнсики — личность весьма незаурядная.

— Незаурядная?

— Как бы объяснить? Мне кажется, его индивидуальность немного отличается от той, какая бывает у обычных людей. А может, и не совсем немного … Его не так-то просто понять.

— Индивидуальность…

— Ну, в общем, те характерные черты, которые делают из человека особую личность.

Мариэ некоторое время пристально смотрела мне в глаза — будто осторожно подбирала слова, которые должна была произнести.

— С террасы дома этого человека виден мой дом.

Я, чуть помедлив, ответил:

— Да, по рельефу получается, что он прямо напротив. Но из его дома также четко виден и этот дом, не только твой.

— Однако я думаю, он смотрит на мой.

— Что значит — смотрит ?

— Под кожухом, чтобы не бросался в глаза, на террасе его дома стоял большой бинокль. На треноге. В этот бинокль наверняка прекрасно видно, что происходит у нас в доме.

Эта девочка раскусила Мэнсики , подумал я. Она внимательна, наблюдательна. Ничто важное не ускользнет от ее взгляда.

— Ты хочешь сказать, господин Мэнсики через эту штуку наблюдает за твоим домом?

Мариэ скупо кивнула. Я глубоко вдохнул, выдохнул и произнес:

— Но ведь это лишь твое предположение? Допустим, стоит на террасе мощный бинокль. Это же не значит, будто он там — для того, чтобы подглядывать за твоим домом. Скорее всего — смотреть на Луну или звезды.

Мариэ даже не шелохнулась.

— У меня возникло ощущение, будто за мной постоянно наблюдают . С некоторых пор. Кто и откуда, я не знала. Но теперь знаю. Шпионит наверняка этот человек .