Хелен Джонс - Если ты мне веришь

— Нет, мистер Норвингтон, я хотела бы для начала поговорить с вами, если у вас найдется, хоть минута свободного времени.

Я кивнул, указав на диван. И женщина снова уселась на него, обхватив больную голову руками. Я понял сразу, что Люсинде нездоровилось, но она упрямо противилась болезни.

— Я пришла поговорить на счет Кристен. Мне уже кое — что рассказали на счет нее, — проговорила женщина, и я тут же понял, кто поведал ей все. Грэм.

Мне пришлось сосредоточиться на словах Люсинды. Все же было занятно, зачем она пришла на этот раз.

— Я бы хотела отпросить Кристен на день ко мне, — вздохнула женщина и жалобно взглянула на меня. По этому взгляду я понял, что ее большие накрашенные глаза каждую ночь плачут, а те красивые красные губы выпивают виски, чтобы хоть как — то успокоить больную голову. Но от этого, Люсинде явно не становилось лучше. Это ее лишь угнетало.

— Но вы знаете, что с Кристен сейчас все чаще случаются припадки, и я не могу рисковать ее жизнью.

Услышав слова, Люсинда тут же встала и, подойдя совсем близко ко мне злостно прошептала, будто боялась, что кто то может нас услышать:

— Вы же знаете, доктор, как Кристен страдает, не видя его, — на секунду Люсинда притихла, вслушиваясь в тишину и надеясь, чтобы никто случайно не зайдет ко мне в комнату, — вы же знаете, что ей пойдет на пользу снова побыть в том парке. И, я уверена, она не раз упоминала вам о нем, — Люсинда посмотрела на меня таким взглядом, будто вот — вот хотела выжить меня с этого света. Хотя, возможно, так и было. Но не больше, чем я ее.

— Хорошо, — вздохнул я и подошел к окну, чтобы насладиться свежим потоком воздуха, доносившегося из форточки. Люсинда стояла ровно за моей спиной, ожидая ответа.

— Хорошо, миссис Раян, — повторил я, вздыхая снова, показывая, что мне совсем неприятно ее общество. Но женщина не унималась и, казалось, если я не соглашусь, она так и будет, как тень стоять у меня за спиной, наблюдая за каждым моим вздохом, — я поговорю об этом с Кристен. Думаю, что слово за ней.

Люсинда заметно расцвела от услышанного. Словом, за этим она и пришла. И была в выйгрыше. Я и сам точно знал, что мисс Раян согласится. Даже более, она будет просто счастлива снова оказаться там. Но из всего этого я боялся лишь того, что с Кристен снова случится припадок. А этого допускать ни в коем случае нельзя было.

— Но мне нужно еще время подумать, — произнес я, нарочно зля женщину, и заметил, как Люсинда постепенно приходит в бешенство. И сколько бы она не изображала любезность, все же ненависть перекрывала все положительные эмоции.

— Я вас прекрасно понимаю, доктор, — прощебетала она, — и также как и вы не хочу терять Кристен. Но поймите, это лишь пойдет ей на пользу, — Люсинда встала рядом со мной, вдыхая воздух и постепенно успокаиваясь.

Я прекрасно понимал эту женщину. И в большей части был согласен с ней. Но что будет, если этот раз станет для мисс Раян роковым? Я слишком привязался к ней, чтобы так рисковать. А оставлять Кристен одну в темном парке было крайне опасно. Никто не знает, когда приступ случится и случится ли вообще. Но все же, не хотел играть со смертью мисс Раян. В противном случае, и я, и Люсинда могли жестоко за это поплатиться.

— Как вам будет угодно, — снова прошептала Люсинда, выглядывая из окна, — какое решение вы бы не приняли, приму его и я. Но мне бы очень хотелось побыть с Кристен хоть немного. И вовсе не в этом помещении, а в родной теплой обстановке. Так Кристен, возможно, пойдет на поправку быстрее, — Люсинда снова посмотрела на меня, в надежде, что я тут же соглашусь с ее словами, и она сможет забрать Кристен в этот же день. Однако я не уступал:

— А возможно, это напротив, усугубит проблему, — я задумался над собственными словами, которые и впрямь имели место в том разговоре. Что если это наобарот негативно подействует на Кристен? Она снова начнет вспоминать прошлые страдания и, прогулявшись в парке, ее фальшивая вера вновь займет важное место в ее жизни. А это было просто не допустимо.

Люсинда приуныла, осознавая важность моих слов. Но все — таки была бы рада забрать Кристен к себе хоть на день. И я это прекрасно знал.

— Так, мистер Норвингтон, не в моем праве отвлекать вас от работы. Я рассчитываю на то, что все же вы допустите нашу встречу с Кристен. Но, повторяю, я пойму ваше решение, каким бы оно ни было. Все же, вы доктор, и вам лучше знать, что пойдет на пользу Кристен, а что ей только навредит, — Люсинда еще больше опечалилась, чем когда пришла. Уверен, она снова придет домой и зальется слезами, проклиная себя за содеянное. Снова начнет рвать на себе волосы, давать себе пощечины, чтобы хоть как — то наказать себя. А утром, собираясь на работу, попытается замазать все это старой косметикой, которая уже давно потеряла срок годности.