Хелен Джонс - Если ты мне веришь

После нескольких мгновений, в мою голову бешено, даже с какой — то болью ворвалась мысль о том, что нужно было что — то немедленно предпринять.

Приглядевшись, я заметил, что девушка дышит и, тяжелый груз, который хотел наброситься на меня с обвинениями в смерти несчастной девушки, тут же свалился с сердца и громко упал на пол, рассыпаясь на множество осколков.

Я сначала даже испугался, что эти самые осколки заденут Кристен, обрезав ее нежную бледную кожу. Однако мои опасения были напрасны и я, набравшись сил, смог встать на ноги, чтобы позвать помощь.

Кристен забрали двое крупных мужчин, и унесли ее беспомощное тело на обследование. Я видел, как ее руки свисали и касались брюк одного из мужчин, обдирая их ногтями. Голова девушки также свисала, и я успел заметить, как раскрытые губы мисс Раян постепенно становятся влажными, что в очередной раз доказывало жизненную силу девушки.

Мне велели подождать, пока врачи осмотрят Кристен. Такое случалось с ней во второй раз. Однако при первом мне не удалось присутсвовать.

В какой — то мере я был благодарен за этот упущенный шанс.

Я представлял себе снова радостную и пышущую надеждами мисс Раян, глаза которой так ясно блестели, что ослепляло всякого, подходящего к ней человека. Однако мои мысли были слишком радужными. Девушка так истощала за последний час, что, казалось, прошло не менее чем два года, и вот мы, наконец, встретились. И чувства от той встречи также были похожи на те, что переполняли бы меня после долгой разлуки.

Она спала, и я тихо присел рядом, стараясь не разбудить.

«Отчего бедной девушке такие мучения? Почему Кристен должна это испытывать, страдать, ведь она ничего и никому дурного не сделала?» — размышлял я, чуть дотрагиваясь до теплой руки мисс Раян.

Ее детская душа только искала веры, надеялась на чудо и думала о том, насколько же хорошо жить в этом мире, несмотря на все беды, которые с ней случались. Ей просто нужно было во что — то верить дальше, чтобы жить.

В своем возрасте, она успела познать радость и горе, непонимание и разочарование. И утрату. Наверное, каждый человек в той или иной мере обязан это узнать за все время своей жизни, но постепенно, пройдя каждое испытание через какой — то промежуток времени. А уже после мирно скончаться, лежа на кровати в своем доме, в окружении детей и любимого человека. Такой должна быть жизнь Кристен. Она вовсе не обязана была провести свою жизнь в этой больнице. Она точно этого не заслуживала. Но если Бог хочет забрать это невинное дитя к себе, то почему именно таким путем?

Я невольно вспоминал про слова врачей, осмотревших Кристен: «Вряд ли ей удастся перенести еще один подобный приступ. Сердце бедняжки просто не выдержит». Но мне совсем не хотелось в то верить, и я, в который раз, встряхнул головой, дабы прогнать ненужные мысли.

Все мы грешны, и не способны прожить жизнь, как подобает. Но кто может с точностью сказать, как следует жить? Кто придумал все эти правила жизни и смерти, и кто может описать жизнь идеального человека? Что бы делал этот человек, и чего бы делать не стал ни при каких обстоятельствах?

Я думаю, вряд ли удастся найти такого человека, или хотя бы того, кто мог бы рассказать о нем. Но я знал, что Кристен не идеальная, но все же в чем я точно был уверен, так это в том, что жизнь поступает с девушкой очень жестоко. И пусть она тогда просто спала, наслаждаясь сновидениями, все же бунт внутри меня не прекращался.

Я спорил сам с собой. Находил ответы и снова задавал вопросы, будто Кристен говорила со мной. Но это совсем мелочи по сравненю с моими опасениями за жизнь девушки.

«Вряд ли ей удастся перенести еще один подобный приступ».

— Мистер Норвингтон, к вам гость, — проревел бородатый мужчина. От этого мисс Раян вздрогнула и чуть приоткрыла глаза.

Я успел заметить, как улыбка расплывается все шире по ее лицу, но прежде чем она успела что — то сказать, чего не дано мне было расслышать, я поспешил удалиться.

— Кто там пришел, Грэм? — спросил я помощника, спешавшего ко мне на встречу. Он попытался мне что — то шепнуть на ухо, но открыв дверь в свой кабинет, я сам все понял.

— Мистер Норвингтон, рада вас видеть, надеюсь, также как и вы меня, — лаского пропел женский голос. Женщина встала с мягкого дивана и, цокая каблуками, подошла ко мне.

— Здравствуйте, миссис Пристли, вы, верно, к Кристен? — я старался держаться как можно спокойнее, чтобы не рассмеяться, вспоминая прошлый визит этой женщины и не разозлиться по той же причине. Однако Люсинда была чем — то явно опечалена, и я попросил Грэма нас оставить.