Тьерри Коэн - Надломленные души

Последняя фраза была произнесена с горечью. Затем слово взял Пьетро.

— Моя группа делает все возможное, чтобы найти их координаты. Ребята проводят мониторинг нужной зоны для определения телефонов, активированных за двадцать минут до и спустя двадцать минут после исчезновения Ланы.

— Итак, если начистоту, — заключил Антон еще более ледяным тоном, чем обычно, — результат пока нулевой.

— Так и есть, — согласился Микаэль. — По крайней мере на данный момент.

— Положение серьезное, — заявил Антон. — Теперь им известны наши намерения, и есть риск, что они попытаются выяснить у Ланы, кто мы такие. Если они установят нашу связь с Кевином, его ждет та же участь. А вы знаете, насколько эти… могут быть безжалостны.

— Не лучше ли нам обратиться в антитеррористическую службу? — предложил Лео.

— Мы уже передали туда информацию через наших людей, но в частном порядке, неофициально, — сказал Микаэль.

— Да, но возможности наших агентов на местах довольно ограниченны. А если мы направим официальный запрос, будут задействованы все силы и средства, имеющиеся в распоряжении полиции, и тогда поиски окажутся более плодотворными.

— Я не уверен, что им удастся сделать больше, чем нам, — заявил Пьетро.

— Но в противном случае мы рискуем заполучить серьезные проблемы, — возразил Антон. — Раздражение властей, если они узнают о нашей самодеятельности, обернется против нас, и тогда возникнет угроза для самого существования нашего Института.

— Все так, но речь идет о жизни двух молодых людей, Антон! — с раздражением произнес Лео.

— Учти, что закрытие Академии поставит под угрозу куда больше судеб: во-первых, теперешних воспитанников, а во-вторых, тех, кого мы могли бы спасти в будущем.

— Об Институте поговорим позже, — заметил Лео. — С нашими связями, думаю, мы сумеем выкрутиться. Ну а сейчас нам нужно как можно скорее найти решение и начать действовать.

— Послушайте, — вмешался Микаэль. — Провал операции — дело моих рук, и я несу за это полную ответственность. Так вот, я считаю, что нам стоит набраться терпения и подождать еще хотя бы несколько часов, прежде чем переходить к крайним мерам. Возможное опознание связного Ланы и результаты компьютерного мониторинга могут оказаться в этом деле решающими.

— Мы все ответственны за то, что случилось, — заявил Лео. — Решение использовать Лану для спасения Кевина мы принимали вместе. Информация об этой группе у нас была слишком скудной, мы не предполагали, что дело примет такой оборот, а механизм действий в случае нештатной ситуации не был разработан как следует.

— Короче, Микаэль, — отрезал Антон. — В твоем распоряжении четыре часа. Если решение не будет найдено, поступим так, как предложил Лео — уведомим полицию.

Участники совещания обменялись тревожными и многозначительными взглядами. На своем веку они успели многое повидать — и кризисы, и провалы, однако на этот раз на карту были поставлены жизни двух людей, а возможно, и само существование Академии.

Лана открыла глаза, но все вокруг было как в тумане. Скованные мышцы с трудом реагировали на сигналы мозга.

— Лана?

Сделав усилие, она приподнялась, сощурила глаза и лишь спустя несколько секунд узнала того, кто назвал ее по имени. И тогда девушка осознала все случившееся, остро и ярко, как это бывает в состоянии психоделического транса.

— Кевин!

— Как ты?

— Плохо. Кружится голова и тошнит.

— Да, они тебе вкололи достаточно.

Лана с трудом поднялась, заставила себя сделать несколько шагов и осмотрела помещение. Дверь была заперта на ключ, окна надежно заколочены досками. В середине комнаты стояла старая складная кровать с толстым матрасом. Ни единого предмета, который мог бы послужить оружием.

— Прости меня, Лана. Ведь ты здесь из-за меня. Я как следует облажался.

— Где мы?

— Похоже, в какой-то деревне. Не знаю. Они привезли меня сюда ночью.

— Ну-ка припомни и расскажи все, что тебе известно: об этом доме, местности и людях, которые нас здесь удерживают.

Самообладание Ланы удивило парня.

— Что-то вроде двухэтажной фермы. Внизу находятся кухня, гостиная и столовая. На втором этаже — помещения для рекрутов и их сопровождающих. Мы с тобой находимся в самой дальней комнате по коридору. Сейчас в доме семь человек: четверо членов группы и трое кандидатов на отправку.

— Почему тебя держат взаперти?

— Они поняли, что ты участвуешь в моем освобождении. По отправленному тобой письму они определили IP-адрес и узнали, что ты живешь неподалеку от меня. Ты сказала, как и я, что тебя завербовал Салим. Тогда они спросили, знаком ли я с тобой? Я ответил, что не знаком, и понял, что вы начали меня искать.