Тьерри Коэн - Надломленные души

Они точно ей не доверяли. Лана выполнила все, что содержалось в инструкции, подбадриваемая мыслью, что «прикрытие» идет за ней следом.

Узнав о возвращении Димитрия, после первого урока Дилан бросился к себе. Войдя без стука, он увидел наставника и друга в странном виде: тот сидел на кровати, мрачный, обхватив голову руками.

— Димитрий!

— Привет.

— Мне нужно с тобой поговорить!

— Может, потом? — ворчливо ответил тот, явно раздосадованный. — Прости, я… немного устал.

Дилан был не просто обижен, а шокирован. Почему его «ангел-хранитель», всегда любезный и готовый выслушать, сегодня так безжалостно посылал его подальше?

— Черт! Да что с вами всеми сегодня творится! Никто не хочет меня слушать! Разве не тебя назначили моим «крестным»? Ты должен меня поддерживать во всем… разъяснять все непонятное…

Напоминание о его миссии, а главное, каким тоном оно было произнесено, что никогда не было свойственно его подопечному, смягчило сердце старшего товарища.

— Прости, пожалуйста. Я сейчас очень… беспокоюсь за одного человека.

— За Лию?

— Лию? Нет, с какой стати?

— В пятницу ей стало плохо на уроке. И Лию отправили в больницу. Лео не хочет ничего объяснять, но я чувствую, что здесь скрывается какая-то тайна.

Димитрий вздохнул, лицо его еще больше помрачнело.

— Ах, вот оно что.

— Лео сказал только, что сейчас ей лучше, но несколько дней она проведет там под наблюдением.

— Ну, так значит, новости все же хорошие.

— Вроде так… Но у меня ощущение, что происходит нечто… серьезное.

— Вот и у меня тоже.

— Так ты со мной согласен?

— Да нет, я думал о Лане.

— Она тоже в больнице? — удивился Дилан, который уже совсем ничего не понимал.

— Нет… Она сейчас на задании. Но у меня дурное предчувствие.

— Совсем как и у меня.

— Ну что ж, значит, остаток дня мы проведем одинаково: каждый будет беспокоиться о своем, — невесело пошутил «крестный».

Придя в бар и проведя в ожидании довольно много времени, Лана успела как следует изучить помещение, вход и выход, предметы, которые можно было использовать в качестве оружия, а также понаблюдать за клиентами. Благо их оказалось всего трое, тех, кто пришел сюда до нее: двое пожилых мужчин, которые обменивались редкими фразами, прерываемыми долгим молчанием, явно уже сильно набравшихся, да еще молодой человек возле окна, склонившийся над телефоном, занятый игрой, наверное.

«Встретимся через десять минут» — предупредило очередное послание, но она мариновалась здесь уже полчаса.

Лана села на банкетку, так, чтобы с ее места просматривался весь зал, как ее проинструктировали, и не спускала глаз с экрана смартфона в ожидании того, что Салеб напишет ей в фейсбуке. Но ничего не происходило. Не изменил ли он свое мнение о ней? Возможно, он чего-то опасался?

Девушка поневоле начала задумываться, сколько времени еще придется ждать, прежде чем она плюнет на все и покинет бар. И рассудив, что раз Микаэль никак не проявляется, стоит набраться терпения: в случае если операция будет отменена, он обязательно пришлет ей эсэмэску.

Вдруг послышалось какое-то движение.

Молодой человек, до сих пор поглощенный своим смартфоном, перешел за соседний столик и бросил быстрый взгляд в ее направлении. Наркоман, не иначе. Если он еще приблизится, надо будет любой ценой постараться его отдалить: ведь приятели Салеба могут подумать, что она пришла не одна. Внезапно молодой человек достал блокнот, вырвал листок и протянул ей. Она вздохнула, давая понять, чтобы ее оставили в покое, но встретилась с ледяным взглядом. И мгновенно осознала, что это и есть тот самый связной, которого она ждала. Она взяла бумажку и прочла написанное:

«Не смотри на меня, не говори ни слова. Будешь делать то, что я скажу. При малейшей ошибке я уйду, и со всем будет покончено».

Лану охватила паника. Если они не будут разговаривать, Микаэль и его группа не узнают, что вербовщики послали связного. Пока она решила сработать под дурочку:

— Ах, а я-то думала… — громко сказала она.

Закончить фразу не удалось. Юноша тут же вскочил с места, вперив в нее яростный взгляд. Она схватила его за руку, чтобы удержать, и он сдался, приложив палец к губам и напоминая, что нужно хранить молчание. Лана подтвердила свою готовность, кивнув головой.

Связной снова сел, взял блокнот, перевернул страницу и написал, что она должна делать дальше.

«Вынь все из карманов и положи в свой рюкзак».