Тьерри Коэн - Надломленные души

— Вернешься сегодня?

— Да, но скорее всего поздно.

Лана сбежала с лестницы и уже направлялась к выходу, когда перед ней неожиданно возник Димитрий.

— Спешишь на задание? — спросил он с озабоченным видом.

— Похоже, ты в курсе.

— Разумеется.

— А почему столько беспокойства?

— Да нет… просто все-таки…

— Что все-таки? — шутливо произнесла она.

— Обещаешь быть осторожной?

Не вопрос, скорее просьба. Лана почувствовала, как ее обдала жаркая волна.

— Конечно.

— Возьми, — он протянул свой амулет — медальон с символом Института. — Я поступлю, как Анна. Для уверенности, что ты вернешься.

Ей захотелось сказать что-то обнадеживающее, чтобы его успокоить, но она лишь улыбнулась.

— Лана!

Перед входом уже стоял Микаэль, делавший ей знак поторопиться.

Девушка заметила, как мгновенно преобразилось лицо Димитрия, стало непроницаемым. Он уставился на Микаэля почти с неприязнью, словно взглядом адресовал тому молчаливый упрек. Она увидела также, что по лицу последнего пробежала едва заметная волна растерянности.

Они ехали уже около двух часов. Вела Лювна, а рядом сидел Пьер, мужчина лет тридцати, брюнет с зачесанными назад волосами, широкоскулый и с тонкими губами, порой заменявший Лювну во время занятий по боевым искусствам. Это был уверенный в себе человек, немногословный и спокойный. Микаэль, устроившийся на заднем сиденье, возле Ланы, казался напряженным. Сзади их машину сопровождал второй автомобиль с двумя сотрудниками Службы экстренной помощи, которых Лана прежде не видела.

Они несколько раз отрепетировали легенду, не сводя глаз со смартфона. Но Салеб так ничего и не написал. Микаэль стал подозревать, что тот мог отменить операцию.

— Через десять минут мы будем на месте. Давай, Лана, скажи, как ты будешь действовать.

— Да я уже пять раз повторяла! — взмолилась девушка. — Я прекрасно знаю, что делать.

— В последний раз!

Прозвучало это как приказ, и она, вздохнув, начала снова.

— Я отправлюсь на место встречи, которое укажет связной. Вы последуете за мной, но я вас не увижу. Придя туда, я сыграю роль впечатлительной дурочки на грани нервного срыва. Как только он скажет следовать за ним, я проявлю нерешительность, которая сильно подействует ему на нервы. Тогда я попрошу дать мне немного дополнительного времени, чтобы все обдумать. Он, разумеется, не согласится и станет меня убеждать. Я разрыдаюсь и подведу ситуацию к неминуемому разрыву: либо он плюнет на меня и уйдет, либо уйду я. Первый вариант был бы предпочтительнее, тогда я просто дождусь нашей машины, которая меня заберет. А вы последуете за ним, чтобы понять, кто он такой, взломаете его телефон и найдете координаты сборного пункта. Остальное… меня не касается.

— Хорошо, Лана. Все будет зависеть от твоего артистического таланта.

— Это я поняла.

Свернув на одну из улочек, машина остановилась.

— Подождем здесь, пока он с тобой свяжется. Поскольку мы находимся неподалеку от того места, где ты якобы живешь, есть шанс, что он назначит тебе свидание где-то поблизости.

Ждать пришлось больше двадцати минут, все это время они провели в напряженной атмосфере, не разговаривая друг с другом.

Когда раздался звонок, Лана схватила телефон.

Жду тебя в «Рекламном кафе» минут через пятнадцать-двадцать.

— Соглашаться?

— Оно за несколько улиц отсюда, — прокомментировал Микаэль, посмотрев на экран своего телефона. — Ответь, что придешь.

Хорошо, я буду. До скорого.

— Если он пришлет новые указания, мы их тоже получим.

— Знаю.

— Ладно, иди. И ни о чем не беспокойся, мы будем рядом.

Взяв рюкзак, Лана открыла дверцу автомобиля.

— Используй на практике все, что узнала во время учебы, — посоветовала Лювна.

Девушка вышла из машины.

— Лана! — окликнул ее Микаэль. — Помни: никакой самодеятельности!

Она подняла глаза к небу и захлопнула дверцу.

Затем пошла в указанное место. Было ли ей страшно? Нервничала ли она? Нет. Девушка чувствовала возбуждение, однако, вопреки ожиданию, была абсолютно спокойна. Лана знала, зачем она это делает, осознавала свою роль в этой истории и думала о Кевине, который где-то там, наверное, умирал сейчас от тревоги, а вернее, от страха за свою жизнь. И потом, чего было бояться, если группа в любой момент готова была ее подстраховать? В момент, когда она уже подходила к кафе, пришло новое сообщение.

Изменение. Продолжай идти прямо и сверни в первый переулок налево. Там есть бар «Изобилие». Войди и жди там.