Кэтрин Сэнтер - Счастье для начинающих [litres]

– Вот как?

– Ну, может, пару раз в месяц.

– Да? И что ты тогда делаешь?

– Кричу «Эй! Ты нечаянно мне позвонила!» Но ты никогда меня не слышишь.

– И что потом?

– Сдаюсь и слушаю еще немного, прежде чем повесить трубку.

– Ты слушаешь? – Я не поверила своим ушам. – А тебе вообще что-то слышно?

– Ну, в хороший день практически все.

– Но это же подслушивание! Это безнравственно, – сказала я и задумалась, а какие мои фразы, скажите на милость, он мог слышать.

– Полегче! Это же ты мне позвонила.

– Не намеренно!

– Все равно.

– Я когда-нибудь говорила что-то… – начала я.

– …Что можно поставить в вину? – закончил он.

Я кивнула в телефон, точно он мог меня видеть.

– Не-а, – сказал он. – Обычно это кассиры в продуктовом. Или твоя парикмахерша. Или твоя собака. Сдается, ты обзавелась собакой, которая жует мебель.

Я снова кивнула.

– У меня мини-такса. Просто ужасная.

– Избавься от нее. Жизнь и без того слишком коротка.

– Почему ты мне не говорил, что я случайно тебе звоню?

– Сомневался, что ты захочешь со мной разговаривать.

– А теперь не сомневаешься?

– Очень надеюсь. Плюс хочу поблагодарить тебя за вчерашнее. За то, что была так добра.

– Пустяки.

– Для меня не пустяки.

Я открыла пакетик чипсов, и несколько выпало мне на колени.

– Надо полагать, ты еще не ушла, – продолжал он.

– Верно, – сказала я, хрустя чипсами.

– Уверена, что сил хватит?

– Нет, – сказала я, чувствуя, как от такой честности меня пробирает дрожь. – Но назад пути уже нет.

– Уверен, что есть, – сказал Майк. – Всегда можно повернуть назад.

– Не уверена, что это так.

– Дункан очень беспокоится за твою безопасность в этом походе.

– Ты говорил с Дунканом?

– Он сказал, эти ребята известны тем, что у них люди погибают. Они набирают полных идиотов, ищущих неприятностей на свою голову, а потом оставляют их без присмотра.

– У них новое руководство.

– Существует уйма отличных программ выживания, – сказал Майк, точно был большим авторитетом в этой области. – Эта к ним не относится.

– Наверное, ты читал про нападение медведя.

– Нет, зато я читал про несчастный случай при спуске на веревке. И про оползни. И про то, как один парень умер от гипотермии.

– Со мной все будет в порядке, – возразила я, задаваясь вопросом, а так ли это.

– Зачем ты это делаешь?

– Выжившие, возможно, получат Сертификат.

– Ты сама-то себя слышишь?

– Я хочу этот Сертификат.

– Но дело-то в том, – сказал Майк, – что ты не спортсменка.

Он был недалек от истины, но я все равно обиделась на замечание.

– Я несколько месяцев готовилась, – отрезала я более раздраженно, чем следовало бы. – Я каждое утро по три мили бегала.

– Это не пробежка трусцой по кварталу…

– Трехмильная пробежка, – поправила я.

– Если ты считаешь, что три мили – это круто, ты только подтверждаешь мою правоту. Серьезно.

– Не смешно.

– А я и не шучу.

– Не говори мне, что я этого не смогу.

– Никто не может изменить то, каков он есть, Хелен.

– А я могу.

– Просто такие выходки не в твоем духе.

– Раньше были не в моем духе, – отрезала я. – Раньше, когда ты меня знал. Но я теперь в животное себя превратила. В кровожадного зверя.

– Почему?

– Тебе не захочется услышать ответ. – Я уже жалела, что подняла трубку. Иногда уж лучше совсем никого, чем хоть кто-нибудь.

– Хелен, – сказал вдруг Майк, – тебе незачем это делать.

– Если уж на то пошло, мне надо. Правда, надо.

– Я хочу, чтобы ты вернулась домой.

– Я не поеду домой. У меня есть план, и я ему следую.

– Нет, – сказал Майк. – Я имею в виду, вернись домой ко мне.

Я уронила телефон на колени. И с секунду пялилась на него, прежде чем снова взять.

– Ты еще тут? – спрашивал тем временем Майк. – Сигнал пропадал?

– Я еще тут, – сказала я, сомневаясь, а правду ли говорю.

– Я серьезно, Элли. Я очень хочу.

– Всегда терпеть не могла, когда ты называл меня Элли.

– Повесь трубку и приезжай домой. Безумие, что мы не вместе.

Мне потребовалась пауза, чтобы сформулировать ответ.

– Мы не просто «не вместе», Майк. Мы разведены. Прошел год. Нельзя обратить развод вспять. Мы подписали документы, мы официально порвали все возможные связи.

– Знаю, и я все понимаю, и в определенном смысле это кажется немного безумным…

– С какой стороны ни посмотри, это еще как безумно.

– Мы сделали тот выбор, который на тот момент должны были сделать. Но мне теперь лучше. Потребовалась чертовская встряска, но я взял себя в руки.