Евгений Князев - Красный пассажир

— Не для себя беру, фирмачам приспичило русской экзотики, — Игорь с интересом рассматривал фотографии совсем еще юных девиц. — Слушай, Федул, что-то не верится, что такие молодые, а уже профи в своем деле?

— Не веришь — проверь, — Федул потянулся за фотографиями, — а для своих фирмачей сам накинешь, сколько следует, небось, не на халяву приехали.

— Вот этих двух — Смагин ткнул пальцев фото, — сегодня вечером в пятьсот пятнадцатый номер, — наконец решился Игорь, — да, еще, деньги будут только вечером.

Федул укоризненно посмотрел на Смагина.

— Ты, Игорек, не понимаешь, наверное, в какое время попал, я бабки беру наперед и делай с этими драными сучками, что пожелаешь, для тебя я сделаю исключение, но это в первый и последний раз и чтобы в двадцать ноль — ноль двести баксов лежали у меня на столе.

— Нет проблем. — Так и расстались.

Панамец, увидев двух прелестных куколок в своем номере, пустил слюну из широко рта, не глядя, отсчитал двести долларов мятыми пятидолларовыми банкнотами и тотчас захлопнул тяжелую дубовую дверь перед носом у Игоря.

Утром Луис Кастильо встретил Игоря, как своего лучшего друга, раскинув длинные руки для объятий.

— Итс бъютифул, — повторял он, усаживая Смагина, как лучшего гостя за стол, — Хот герлз, — консул, прищелкивая языком, достал из холодильника бутылку джина с тоником и налил ледяную жидкость в запотевшие стаканы.

— Лэтас дринк, май френд фор ауэр кооперэйшн Анд ту найт плиз репит ванс мор сэйм прети герлз.

— Ноу проблемз, — Смагин отхлебнул полстакана джина и встал. — Ай вил би вэйтинг фор ю он зэ фест флор, донт фогет эбаут ауэр неготиэйшинс?

Айм донт фогот, лэтас гоу, Айгор.

Игорь пробежался по всем номерам, где расселились американцы, и вскоре вся группа с наигранными улыбками целовалась по-русски с начальником управления Заикиным Егором Ильичем в его просторном кабинете. Когда все гости расселись за большим овальным столом, Егор Ильич жестом подозвал к себе Смагина и шепнул на ухо.

— Все, до обеда свободен, здесь ты мне не нужен.

— А как же переговоры, вы же говорили…, - Смагина остановил угрюмый взгляд шефа. — Будешь их сопровождать вплоть до отлета, но для переговоров ты еще не дорос, лучше закажи хороший обед в Челюскине, а затем организуй яхту в нашем клубе для прогулки по заливу.

Игорь так ничего и не понял. Что случилось, почему так резко изменилось к нему отношение шефа. Он вышел из кабинета и словно оплеванный, с мрачными мыслями побрел по коридору управления. Ноги сами принесли его к знакомому кабинету с табличкой заместителя начальника по эксплуатации Александра Ивановича Стоцкого. Он постучался и робко зашел в кабинет. Стоцкий сидел за столом, и что-то писал, поверх очков он мельком посмотрел на Игоря и кивнул на кресло.

— Присаживайся Смагин, что такой хмурый, тяжела «шапка Мономаха», — он отложил письмо и в упор посмотрел на Игоря. — Я ведь тебя предупреждал, болтай поменьше, что ты успел за несколько, прошедших часов наговорить этим американцам я не знаю, только наш многоуважаемый коммунист Егор Ильич с утра дал мне такой нагоняй за тебя. Рассказывай, не стесняйся.

Игорь судорожно соображал, кому и что он мог сказать плохого, но так ничего и не вспомнил.

— Да вроде обычный разговор, ничего криминального. Ну, спросил консула, под чей флаг будут загонять наши пароходы, что тут особенного.

— Да, ничего особенного, — Александр Стоцкий встал, прошел к окну, откуда открывался великолепный вид на бухту Золотой Рог, рыбный порт со стоящими у причала новенькими рефрижераторами типа «берег», прибывшими с перегона из Восточной Германии, месяц тому назад.

— Джон Карпентер еще вчера позвонил шефу, продолжил Стоцкий, — и в живописных красках описал ваш разговор. Он дал понять, что ты слишком говорливый и до переговоров тебя допускать нельзя.

— Ну и что же теперь делать, — Игорь беспомощно глядел на своего спасителя.

— Мой тебе совет, — Стоцкий поправил очки, — больше ни каких контактов личного плана ни с одним из этих буржуев, делай свою работу сопровождающего, мило улыбайся, короче прикинься дураком, так будет всем проще, потом что-нибудь придумаем.

Игорь пожал плечами.

— Как знаете, только кажется мне, что наши новые американские друзья пустят по миру наше управление. Я же их насквозь вижу, жулики и проходимцы.

— Когда кажется, то предлагаю креститься, а по поводу жуликов, сами как-нибудь разберемся, иди, борец за справедливость, подумай, что ты еще там лишнего наболтал и постарайся загладить свою вину перед шефом. По секрету тебе скажу, что все эти суда, — он указал рукой в окно, — обречены и не ты, ни я не смогут остановить процесс. Здесь завязаны крупные силы в Москве, высшие чиновники уже получили свой куш. Все эти переговоры — так называемая мнимая или притворная сделка, которая прикрывает незаконную перепродажу флота. Вот так-то, Игорь, лучше помалкивай, иначе попадешь под жернова, и следа от тебя не оставят. Я, думаю, уж об этом нашем разговоре ты больше ни кому болтать не будешь, тогда работай.