Евгений Князев - Красный пассажир

Тогда этот трехметровый гигант сидел в гнезде на обломанном пне баобаба и, не мигая, грустно смотрел на посетителей через десятимиллиметровое бронированное стекло, очевидно, вспоминая свое детство и непроходимые джунгли на островах Борнео, где его сняли с убитой охотниками матери и продали за сотню долларов морякам для развлечения и потехи. И когда небольшое сингапурское судно зашло под выгрузку в Кланг, его выпустили за ненадобностью на причал, где его выловили местные усердные полицейские и передали в зоопарк Куала-Лумпура.

Игорю настолько запомнился его тоскливый и смиренный взгляд вечного арестанта, что спустя месяцы и годы он вспоминал это уродливое морщинистое лицо, и ему самому становилось неимоверно грустно и больно за, созданное природой произведение искусства, которому предначертано судьбой всю свою жизнь посвятить развлечению маленьких, корчащих непристойные рожицы, уродливых существ, которые с гордостью называли себя людьми..

Возможно, и этот великан — консул служит лишь ширмой, за которой те же самые карлики — политики, рвущиеся к олимпу славы, уже завтра начнут свою игру за первенство в этом продажном мире лжецов, лицемеров и предателей, где деньги решают все, где на карту поставлена сама жизнь. Но пока Игорь об этом не думал, его возбуждали запахи, исходившие от иностранцев, даже запах сигарного дыма Леонардо навевал воспоминания о далекой Гаване.

Голова панамца, с сине-черной шевелюрой густых, маслянистых волос, покачивалась со стороны в стороны, так что его широкий расплющенный нос то и дело упирался в тугой живот, колышущийся под белой шелковой рубашкой. На сложенной гармошкой шее светилась желтым, дьявольским блеском золотая цепь с крупными звеньями.

Еще два пассажира микроавтобуса, похожие друг на друга, словно братья близнецы, черноглазые и скуластые латиноамериканцы, одетые в просторные белые майки с надписью «Америкэн экспресс», оживленно разговаривали на испанском и, красноречиво жестикулируя тонкими в браслетах руками, звонкими голосами вносили оживление в затянувшуюся поездку от аэропорта до города. Они совершенно не обращали внимание на присутствующих, словно встретились после долгой разлуки два колумбийских крестьянина на одном из шумных базаров Сьерра — Лионе, а не в салоне автобуса на холодной и незнакомой окраине Российской империи.

В тот же день Игорь устроил всех членов делегации по люксовым номерам «Амурского залива», а уже на следующее утро подъехал на своем «Шевролете» к стеклянным дверям современной гостиницы, раскинувшей свои апартаменты на крутом берегу мыса Бурного. Яркое солнце с востока осветило верхние этажи отеля и бурые холмы мыса Песчаного на другом берегу залива, но в самой гостинице еще царила ночь.

Смагин поднялся на лифте на пятый этаж и позвонил в номер к панамцу, который накануне просил Игоря привести ему парочку хороших русских девочек. Опустошительная перестройка уже успела обескровить приморскую глубинку, и оттуда, на легкие заработки потянулись в сытый, как им казалось портовый город, бывшие сельские школьницы.

Местные ребята — спортсмены разных мастей, собравшись в небольшие бригады, подобно американским мафиозным семьям, объединились с уголовным миром в так называемую «третью смену» и с нескрываемой наглостью и напористостью стали завоевывать дальневосточный рынок сырья, недвижимости, торговли… и, конечно же, загнали под свою крышу наркодиллеров и разрозненных сутенеров, слетевшихся со всей России, как стая голодных грифов на запах шальных и кровавых денег.

Одной из прибыльных статей в списке их притязаний была обычная проституция. Ребята в спортивных костюмах и кожаных китайских куртках заявили себя в этом криминальном бизнесе, как профессиональные сутенеры, и надо сказать со своим делом справлялись вполне успешно и профессионально.

Смагин в день приезда делегации вышел по телефону на одного своего приятеля по сборной команде гребцов начала семидесятых Петра Федулова, сменившего весло каноиста на боксерские перчатки и к началу девяностых, занявшего свое почетное место на иерархической бандитской лестнице. Федул на стрелке в салоне шикарного американского «Крайслера», без лишних слов высыпал перед Игорем на кожаное сиденье стопку цветных фото обнаженных девиц с ценниками в углу и расплылся в широкой улыбке.

— Выбирай, братан, для тебя по старой дружбе персональная скидка пять процентов.