Евгений Князев - Красный пассажир

— Да к чему такие сложности, Игорь Львович, мы ведь свои люди, что нам делить, да и тревожить вас не хотели, день-то какой напряженный выдался, думаем, пусть поспит начальник, впереди еще столько работы. Ну, а раз уж встали, проходите, здесь все наши и пассажирский, и завскладом, и старпома пригласили.

— Да, уж с вами, кажется, отдохнешь, — проворчал Смагин, мельком взглянув на барменшу, протирающую за стойкой фужеры.

— Ну что, Кузнецова, с повышением тебя, он подмигнул девушке и прошел в глубину задымленного зала по направлению к овальному столу, застеленному зеленым сукном, где расположились за игрой в карты его новые знакомые и попутчики.

Елена опустила глаза, прикрыв ресницами чуть не половину лица, но ничего не ответила, только перевела вопросительный взгляд на своего шефа.

Директор незаметно кивнул ей и услужливо указал Игорю на свободное место за столом.

— Хорошая дивчина, лучшая в ресторане, — похвалил Альфред Адольфович свою подчиненную, перехватив пылающий взгляд Смагина, — но в баре от нее пользы поболее будет, — он украдкой ущипнул Игоря за локоть, — не девка — огонь, с пол оборота заводится, вспыхивает, как порох. — Он плотоядно засмеялся, — еще познакомитесь, времени впереди предостаточно, а теперь давайте к нам за столик, мы уже третью партию расписываем.

— Небось, на деньги играете, а у меня в кармане ни цента, — Игорь демонстративно похлопал по бедрам. — Нет уж, играйте, у вас полный комплект, а я чего- нибудь выпью, посижу, погляжу, как добрые люди отдыхают.

— Как знаете, дело хозяйское, карты неволи не любят, а мы, пожалуй, продолжим, а потом и о делах поговорим. Сдавай, Митрофан.

Завскладом легко зашелестел картами, словно факир, перебрасывая гармошкой колоду блестящих карт с одной ладони на другую. Скуластое, ничего не выражающее лицо, словно окаменело, от напряжения еще сильнее сузились глаза, когда карты, будто выпушенные из печатного станка стали выстреливать из колоды и плавно приземляться аккуратными кучками на стол перед игроками.

«С такими и садиться за стол не стоит» — подумал Игорь, наблюдая за ловкими и грациозными движениями рук сдающего, — враз обставят.

Смагин присел на круглое кожаное, с никелированными ручками кресло за отдельным столиком и тут же перед ним мягко встал на круглую салфетку высокий фужер с желтой, искрящейся жидкостью, забитый прозрачными гранулами льда и долькой лимона, профессионально насаженно на краешек стакана.

— Это наш фирменный коктейль, — услышал он за спиной голос барменши. Она появилась из полумрака в короткой черной юбке и простой сатиновой блузке. Ровные ноги, обтянутые блестящими колготками, оказались почти на уровне лица Смагина, и он занервничал. Между тем девушка слегка согнулась и пододвинула Игорю хрустальную пепельницу, в которой лежала нераспечатанная пачка «Салема».

— Курите, пожалуйста, — барменша отступила на шаг в темноту, ожидая указаний, — может что-нибудь поесть принести.

Ее голос был настолько спокойный и ровный, что Игорю показалось, будто рядом с ним кукла, а не женщина, но аромат ее тела уже проник через потайные щели во все легко доступные мужские места, поражая интимные уголки легким покалыванием забурлившей крови и постепенно разогревая застоявшееся после длительного перерыва молодое тело.

— Пока не надо, — Игорь отглотнул большой глоток ледяной жидкости и неожиданно для себя обнял девушку за ноги чуть ниже бедер и притянул к себе. Она, не сопротивляясь, подалась к нему, обдав жаром живота его плечо, но тут же, легко, словно кошка, извернувшись, присела рядом.

— Если хочешь, я приду к тебе, как только все это закончится. — Девушка перехватила руку Игоря, которой он пытался проскользнуть к ней под юбку, и крепко прижала к животу.

— Не спеши, шепнула она, только дай знать об этом директору, я не хочу неприятностей.

— Смагин кивнул, и, отхлебнув еще один затяжной глоток, поднялся и подошел к игрокам.

Ладно, мужики, сегодня я отдыхаю, завтра поговорим, он нагнулся к уху директора. «Твою Кузнецову я сегодня забираю»

— Желаю успеха, — директор в умилении расплылся, только не очень западай, девчонке в десять утра бар открывать, так что знай.

— Мне самому в шесть утра на переговоры, — он взглянул на часы, — и на хрена, такие красивые бабы, себя в море разменивают. — Он с сожалением взглянул на лысину Альфреда Адольфовича, который, уже не замечая его присутствия, скидывал карты.