Дженнифер Смит - Билет на удачу

– А то! – со смехом отвечает Сойер. – Но не волнуйся, ко мне не обязательно обращаться «принц Сойер». Вполне сойдет «ваше королевское величество».

– Ну ты даешь!

– Я помешан на истории, – немного смущенно признается он. – Нашел семейные корни в шотландском замке и теперь коплю деньги, чтобы поехать в Шотландию после окончания школы.

– Если ты пытаешься скопить деньги, то не лучше ли найти работу, за которую платят?

Сойер роняет ложку и поворачивается ко мне с притворным ужасом на лице:

– Так здесь что, не платят?! – Он начинает развязывать фартук. – У меня просто слов нет!

Я со смехом подхватываю ложку, медленно погружающуюся в бурлящий соус.

– Зато здесь есть другие преимущества.

– Это какие? – Сойер заново завязывает фартук.

– Ну… – Бросаю взгляд поверх его плеча на приближающуюся Мэри. – О лучшем руководителе и мечтать нельзя.

– Она была бы гораздо лучше, если бы доверяла мне с приготовлением соуса, – отвечает Сойер, и, к моему удивлению, Мэри, награждает его за это увесистым шлепком по плечу.

– Прости, – подмигивает она мне. – Нужно держать внучка в узде.

Сойер добродушно закатывает глаза и дает Мэри ложку с соусом.

– Как тебе?

– Наконец-то не пересолено. – Она с улыбкой смотрит на меня. – Он, наверное, на тебя отвлекался.

– Мы просто разговаривали, – выпаливает Сойер, но его лицо заливается пунцовой краской. Он явно чувствует облегчение, когда Мэри отходит проверить приготовление макарон.

Открывая консервы, я ощущаю на себе его взгляд. Но он еще несколько минут набирается духу, чтобы снова со мной заговорить.

– Я нашел еще одно, – прочистив горло, произносит он.

– Что? – не понимаю я.

– Преимущество.

– Да? – Я поднимаю на него глаза. От его взгляда трепещет сердце.

– Да, – улыбается Сойер. – Приятная компания.

Позже, когда еда подана, а кухня вычищена, Сойер предлагает нам выпить по чашечке кофе. И только я собираюсь ответить отказом, как с удивлением понимаю: мне хочется сказать «да». Что я и делаю.

Весь вечер мы вели приятный и легкий разговор, но, надевая в задней части церкви шапки и варежки, внезапно мы оба примолкли.

Сойер смотрит на меня с робкой улыбкой:

– Мне, наверное, стоит кое в чем признаться тебе.

– В чем? – спрашиваю я, обматывая шею шарфом.

– Я вообще-то не любитель кофе. Ты не против, если я возьму себе какао?

– Нет, конечно, – смеюсь я.

Сойер толкает дверь, и нас тут же обдает порывом ледяного воздуха. Мы оба морщимся. На улице темно, в свете уличных фонарей посверкивает снег, бетонные ступени обледенели. Я настолько сосредоточена на том, чтобы не поскользнуться, что не замечаю человека, стоящего в тени в нескольких футах от нас. И только когда Сойер рядом со мной резко останавливается, поднимаю взгляд и вижу Тедди.

– Хей, – изумляюсь я. – Что ты здесь делаешь?

Похоже, Тедди довольно долго простоял на холоде: ладони спрятаны в карманы куртки, лицо бледное, и он заметно дрожит. Тедди переводит взгляд с меня на Сойера и обратно.

– Хотел узнать, поужинаешь ли ты со мной.

Мое первое инстинктивное желание – поискать взглядом Лео. Но потом я осознаю, что он хочет поужинать со мной вдвоем, и в груди радостно подпрыгивает сердце.

Прежде чем я успеваю хоть что-то сказать, Сойер спускается со ступеней и протягивает руку:

– Привет. Меня зовут Сойер.

Тедди с наисерьезнейшим видом пожимает его ладонь.

– Тедди, – представляется он. – Ты тоже здесь работаешь?

– Ну, как оказалось, за эту работу не платят, – шутит Сойер. – Но да, иногда я волонтерствую.

– То есть суп подаешь? – подкалывает его Тедди.

– И это тоже, – невозмутимо отвечает Сойер. – Мы разным занимаемся. Готовим школьные обеды для детей, организуем группы поддержки, собираем в дар туалетные принадлежности и…

– Он в курсе, – прерываю я его, награждая Тедди многозначительным взглядом. – Я ему уже тысячу раз все это говорила.

Тедди на мои слова никак не реагирует.

– Так ты идешь ужинать? – спрашивает он.

Я колеблюсь, глядя то на одного, то на другого.

– Если вам нужно… – начинает Сойер. – Мы можем сделать это и в другой раз.

– Сделать что? – спрашивает Тедди с помрачневшим лицом и тяжелым взглядом.

Меня тянет рассмеяться. Забавно, насколько Тедди, принявший угрожающий и нагоняющий страха вид, не похож сам на себя.

Но я также осознаю, что означает такой его вид: он, должно быть, ревнует. Эта мысль вызывает восторженную дрожь.