Дженнифер Смит - Билет на удачу

На задней стороне дверцы шкафчика Лео висит черно-белая фотография с прошлого лета. На ней Макс с Лео смеются, почти соприкасаясь головами.

– Ты сказал о выигрыше Максу? – киваю я на фото.

– Ждал, когда все будет официально подтверждено. – Лео наклоняется расстегнуть рюкзак. – Что, видимо, уже сделано.

– Но это же Макс. Я думала…

– Знаю. Боялся сглазить.

– Тедди выиграл. Как его можно было сглазить? – поражаюсь я. – Ты чересчур суеверен.

– Ничего подобного, – ворчит Лео и, когда я выгибаю бровь, передергивает плечами: – Я же не боюсь черных кошек, разбитых зеркал и числа «тринадцать»… – Он резко замолкает, осознав, что только что брякнул. – Прости, я не…

– Не извиняйся. Не стоило дразнить тебя, раз я сама в какой-то мере суеверна.

Лео сочувственно улыбается:

– Твое суеверие оправданно.

Я отворачиваюсь к своему шкафчику и смотрю на висящий в нем стэнфордский флажок: напоминание о маме, купившей мне его сразу, как только ее приняли в аспирантуру, в которой поучиться у нее не вышло, так как она умерла тринадцатого июля.

Звенит звонок, и наши одноклассники расходятся по аудиториям.

– Может быть, это число больше не будет приносить тебе несчастья, – с надеждой говорит Лео. – Оно ведь принесло выигрыш.

– Может быть, – выдавливаю я улыбку, закрывая дверцу шкафчика. – Однако я в этом не уверена.

Слухи о Тедди начинают разлетаться по школе лишь после шестого урока, а значит, он пришел на занятия.

Прямо перед звонком на урок меня похлопывает по плечу Джек Карч:

– Реально, ты купила этот билет?

Я не успеваю ответить – ко мне разворачивается сидящая впереди Кейт Макмахон:

– Он правда собирается бросить школу?

– Что? – громко восклицаю я.

Входящая в класс учительница литературы, миссис Олкотт, бросает на меня хмурый взгляд.

– Я слышала, он хочет на год отправиться в кругосветное плавание, – тихо продолжает Кейт. – На огромной яхте.

– Капитан Макэвой, – смеется Джек. – Аж страшно становится.

Рядом подается вперед Ян Каржевски:

– А я слышал, что все это розыгрыш. Что он выиграл всего двадцать баксов, купив билет со стирающейся полоской.

Они все поворачиваются ко мне, ожидая ответов и пищи для сплетен, поэтому я вздыхаю от облегчения, когда миссис Олкотт начинает урок, зачитывая первые строки стихотворения.

После урока я поспешно собираю учебники, выхожу из класса и буквально кожей ощущаю изменившуюся атмосферу: поток энергии, волнения и возбуждения течет по коридору вместе со стремглав летящей новостью, передающейся от одного ученика другому.

– Эй, Элис! – зовет меня мистер Тавани, мой учитель по математике, когда я прохожу мимо него. – Слышал, ты удачно выбрала числа. Наверное, пошли на пользу математические задачки, а?

Неловко машу ему в ответ, торопясь найти Тедди, но у его шкафчика нахожу Лео. Он стоит, растерянно уставившись на кучу открыток и воздушных шаров, прикрепленных к зеленой дверце. Нет ничего необычного в подобных украшениях в дни спортивных матчей, поэтому до меня не сразу доходит, что сегодня они налеплены по другому случаю.

– Ничего себе, – обалдеваю я, читая на одной из открыток: «Мы любим тебя, Тедди!» На другой, чуть ниже, написано: «Ты всегда был для нас победителем!» – Когда это они успели?

Лео потрясенно качает головой:

– Прям метеоры какие-то.

– Безграмотные метеоры, – указываю я на подпись: «Поздравляем толстосумы!». – Запятую пропустили.

– Небось все открытки в Чикаго скупили, – усмехается Лео. – Ради того, чтобы залезть в карман к Тедди.

Бросаю взгляд на часы – вот-вот начнется седьмой урок. У меня физика, единственный совместный с Тедди урок, и обычно он заранее подходит к шкафчику поменять учебники. А сейчас его не видать.

– Мне пора на урок, – говорю я, но тут замечаю в конце коридора Тедди. Он идет в сопровождении нашего директора, мистера Эндрюса. Сердечно похлопав Тедди по спине, директор сворачивает к лестнице.

– Что это было? – удивляется Лео, когда Тедди подходит к нам.

– Он хотел поздравить меня от имени администрации школы, – сияет Тедди. – И напомнить, что актовый зал нуждается в ремонте.

– Ну, тут он явно ошибся адресом, – смеется Лео. – Ты ни один спектакль до конца не высидел.

– Да, но, понимаешь ли, теперь я человек состоятельный, – отзывается Тедди с сомнительным английским акцентом, вздернув подбородок и взирая на нас в манере, едва ли напоминающей аристократическую. – Не исключено, что я стану покровителем искусств.