Дженнифер Смит - Билет на удачу

Ручка официанта зависает над блокнотом.

– Возможно, вам подойдет дегустация меню, сэр?

– Прекрасно подойдет, – благодушно отзывается Тедди. Официант уходит, и он разворачивается ко мне: – У меня уже живот от голода подвело.

– Тедди, – тихо говорю я, наклонившись, и от моего дыхания колеблется огонек свечи между нами. – Ты видел, сколько это стоит?

– Дегустация меню?

– Двести долларов с носа. Плюс чаевые.

Его лицо слегка бледнеет.

– Ничего страшного. Уверен, у меня достаточно…

Он тоже наклоняется вперед, вытаскивает из заднего кармана стопку кредитных карт и веером раскладывает перед собой. У пары за соседним столиком удивленно ползут вверх брови. Тедди этого не замечает.

– У этой вроде лимит в триста баксов, но я не помню, сколько на ней осталось, – поднимает он синюю карту. – У этой вроде на двести, но, кажется, я уже что-то потратил, поэтому…

Он умолкает, так как к нашему столику подходит администратор – низенький мужчина с блестящей лысиной и в очках с толстыми стеклами.

– Доброго вечера вам, – говорит он с английским акцентом. Его взгляд падает на кредитки, разложенные на столе наподобие игральных карт. – Я просто хотел убедиться, что сегодняшний вечер…

– Мы платежеспособны, – прерывает его Тедди, быстрым движением собрав кредитки. – Если вы именно это хотели узнать. У нас достаточно денег.

– Конечно же нет, сэр, – ошарашенно отвечает администратор. – Я бы никогда не позволил себе…

– Вообще-то я только что выиграл в лотерею. Деньги еще не получил, но нам хотелось отпраздновать выигрыш, для того и все эти кредитки, – выпаливает объяснение Тедди. – Мы все оплатим.

Я слушаю и морщусь. Мне есть от чего поморщиться: тон Тедди, словно он оправдывается, выступившая у него на лбу испарина, смущенное лицо администратора и повисшая за ближайшими столиками тишина. Посетители вытягивают шеи в нашем направлении, и я вдруг вижу нас их глазами: двое подростков, невесть как оказавшихся в шикарном ресторане, с размахом заказали всего по чуть-чуть и при этом путано бормочут что-то про лотерейный выигрыш.

Однако самое ужасное – видеть, что то же самое осознает Тедди. Он резко закрывает рот и бросает на меня удрученный взгляд. Затем выдавливает слабую улыбку:

– Простите, я просто не хотел, чтобы вы думали… Я хотел, чтобы вы знали: мы не доставим вам проблем.

– Конечно, сэр, – коротко кивает администратор. – И пожалуйста, дайте мне знать, если мы можем чем-то еще скрасить вам ужин.

Как только он отходит, мы с Тедди смотрим друг другу в глаза.

– Не переживай, – спешу я его успокоить. – Это ерунда.

Он оглядывает ближайшие столики. Сидящие за ними люди снова принялись ужинать и лишь изредка бросают на нас короткие взгляды.

– Да, но…

– Они завидуют.

– Чему? – хмурится Тедди.

– Тому, что у тебя куча кредиток, – усмехаюсь я.

Тедди смеется, но уже через секунду его улыбка тает.

– Не надо было всего этого говорить. Я занервничал.

– Ты привыкнешь к подобному, – замечаю я, хотя вовсе не хочу, чтобы он привык к дорогим ресторанам и жизни на широкую ногу, полной деликатесов, поблажек и особых привилегий. К жизни, которая столь разительно отличается от привычной нам.

– Наверное, стоило подождать получения денег. Все будет гораздо проще, когда новость предадут огласке и обо мне услышат. Тогда мне не придется ничего доказывать. – Тедди тасует в руке кредитки. – Мама хотела, чтобы я сохранил анонимность. Я тебе говорил?

– Я думала, это невозможно.

– В некоторых штатах – возможно. Чем и воспользовался тот, кто выиграл в Орегоне.

– Но не у нас?

– Не у нас. Мама уговаривала меня загородить на пресс-конференции лицо билетом. Я сказал, что это не сработает. Люди все равно узнают, кто выиграл. Да и какая мне от этого радость?

– Кстати, неплохая мысль. Деньги ты по-любому получишь, но тебе не придется иметь дело с…

– Знаю, знаю. Со всеми этими стервятниками, которые полезут изо всех щелей с просьбами о пожертвованиях, инвестициях и всяких подаяниях. Мне мама этим уже уши прожужжала. И твоя тетя лекцию прочитала. Пофиг. Я не собираюсь прятаться за куском картона и пропускать все веселье.

Появляется наш официант и, не глядя на нас, ставит на стол маленькую тарелку.

– Булочки бриош с крем-фрешем и черной икрой.

Он уходит, и Тедди улыбается. При виде еды у него сразу поднимается настроение. Мы начинаем лакомиться икрой.

В полумраке зала ярко горят свечи. Где-то на заднем фоне тихо играет классическая музыка. Поблизости метрдотель открывает бутылку шампанского. Тедди улыбается мне, и от этого всего веет такой романтикой, что, когда он наклоняется вперед и говорит: «У меня к тебе предложение», у меня на миг останавливается сердце.