Самид Агаев - Правила одиночества

– От любви, – подумав, ответил Виталик.

– Долго думал – наверно, еще есть варианты.

– Да нет, просто хочу рядом с тобой сесть.

– Тебя не устраивает твое место?

– Устраивает, но хочется ближе.

– Между прочим, многие парни были бы счастливы оказаться сейчас на твоем месте, а ты недоволен.

– Я доволен, просто мне хочется побольше счастья. Можно я сяду рядом с тобой?

– Нет!

– Спасибо.

– Виталик поднялся и сел на краешек дивана.

– Я сказала – нет.

– Мне послышалось сомнение в твоем голосе. Такое бывает: человек говорит «нет», когда ответ на самом деле – «да». Ведь разница между двумя «да», может быть больше, чем между «да» и «нет».

– Какой ты психолог, однако, но тут ты ошибся: мое «нет» означает – нет.

Виталик соскользнул с дивана и оказался на полу так, что лицо его оказалось вровень с лицом девушки.

– Теперь тебе не в чем меня упрекнуть.

Джульетта улыбнулась и не ответила. Виталик приблизился к ее губам.

– Я чувствую твое дыхание, – едва касаясь губ, сказал он.

– У тебя ничего не выйдет, – еле слышно произнесла девушка и нарочито сжала губы.

– Ты такая красивая, что я не могу удержаться от желания поцеловать тебя, – продолжал юноша.

Джульетта, сжимая губы, хранила молчание.

– Знаешь, о чем я сейчас думаю? – спросил Виталик. Некоторое время девушка молчала, но затем любопытство взяло верх, и она поинтересовалась:

– О чем?

Юноша, преодолевая сопротивление, тут же впился в приоткрытые губы. Поцелуй длился так долго, что Джульетта едва не задохнулась: оттолкнув юношу, прерывистым голосом возмущенно сказала:

– Какой ты хитрец…

Новый поцелуй прервал ее слова, но на этот раз она ответила ему. Когда он оторвался от губ, девушка жалобно сказала:

– Ты обещал вести себя прилично.

– Разве я виду себя неприлично? – тяжело дыша, спросил Виталик.

– И где ты научился целоваться так, у тебя уже была девушка?

– Нет, я в первый раз.

– Врешь. Вот я не умею целоваться, потому что это у меня впервые.

– Честное слово! Наверное, это у меня инстинкт. К тому же, я бы не сказал, что ты не умеешь.

Джульетта слабо ударила его по губам.

– Прости, но я ничего обидного не сказал.

– Я невинна, – заявила Джульетта, – как ангел.

– Я не спорю.

– Но из твоих слов выходит, что я уже целовалась.

– Вовсе не обязательно – это от Бога.

– Во-первых, Бога нет, а во-вторых – не кощунствуй.

– Класс, – восхищенно сказал Виталик, – вот это я понимаю женская логика!

Джульетта хотела еще что-то сказать или возразить, но юноша закрыл ее рот ладонью и провел языком по девичьей шее. Девушка вздрогнула и закрыла глаза. Виталик принял этот знак за согласие, медленно и нежно он стал покрывать шею девушки поцелуями, опускаясь к плавному изгибу плеч, проникая в расстегнутый ворот ночной рубашки, пока не добрался до основания грудей. Джульетта, слабо содрогаясь, стиснула его руки своими с такой силой, что ногти вонзились в кисти. Виталик тихо вскрикнул, поднял голову и встретился губами с ее открытым ртом. И тогда он обнял ее, прижимая одной правой рукой, левую опустив на талию, где наткнулся на оборку трусиков, но тут же отдернул руку, как ужаленный.

– Я опять сделала тебе больно? – шепотом, от которого кружилась голова, спросила девушка.

– Нет, это я боюсь сделать тебе больно, – срывающимся голосом сказал Виталик.

– Тебе, наверное, неудобно на полу, ложись рядом.

– Можно?

– Да.

Он лег рядом, и тут же левое колено оказалось меж ее ног, и сосок ее левой груди у него во рту. Джульетта застонала.

– Я твоя, – через некоторое время сказала девушка, – я отдалась тебе.

– Нет, любимая, – успокоил ее Виталик, – ты мне не отдалась – доверилась, и я клянусь, что не обману твоего доверия! У нас же все будет по правилам: я окончу училище, мы поженимся, и тогда это произойдет.

Джульетта некоторое время молчала, затем произнесла:

– Как скажешь. А ты хочешь на мне жениться?

– Я мечтаю об этом.

– А где мы будем с тобой жить, в общежитии?

– Через год я получу диплом штукатура, начну зарабатывать деньги, куплю квартиру.

– На квартиру нужно много денег.

– Мы поедем на БАМ – там можно быстро заработать.

– На БАМе строят железную дорогу, там нечего штукатурить.

– Но строители живут в домах, а дома надо штукатурить.

– Строители живут в вагончиках – я видела по телевизору.

– Это сейчас, а потом там начнут строить дома.

– Но там же холодно, – жалобно сказала девушка.