Александр Дюдин - Сестры

– Егор! – закричала Мария, показывая на идущее на него большое белое поле. Он обернулся, увидел, перепрыгнул на него, упал, стал шарить соскочившие очки. Потом перепрыгнул на другую льдину, еще и еще приближаясь к берегу. Лодку уже вытаскивали из воды.

– Ты сдурела, в одной кофточке поехала! – набросился он на Марию, еще задыхаясь от бега. – Зачем пальто сняла? – а сам укутывал ее полушубком, чтобы она не замерзла.

– В ледорез не пролезла бы в пальто! А если бы лодка перевернулась, пальто утопило бы меня!

– До ледореза еще плыть полчаса! Ты же не одна была, и плахи лежали в лодке.

– Я прыгала в лодку одна!

– А мне сказали, что ледоход начался, и я помчался сюда. Гляжу, ты в одной кофточке сидишь в лодке. Где пальто?

– Не знаю.

– Снял свой полушубок и к тебе!

– Дурной! Тоже мог сорваться, страшно даже подумать!

– А я не думал об этом, я только видел тебя в белой кофточке! – кричали они друг другу через шум ветра и ледохода.

Четыре часа шла битва за мост. Минеры ушли далеко вверх по течению. Там взвивались фонтаны воды от взрывов. Сквозь туман едва были видны маленькие бегающие фигурки мужиков.

В полдень подъехал секретарь райкома. Он вышел из машины, ветер сорвал с него шляпу, и она покатилась к обрыву, он бежал за ней, но ветер подхватывал ее и швырял всё ближе к реке. Какой-то парень наступил на нее и задержал. Секретарь подбежал, поднял, поблагодарил, сбрасывая ударом кисти грязь. Подошел к Марии.

– Как, выдержит? – спросил, показывая глазами на мост.

– Самое страшное, кажется, позади, – кричала Мария, – теперь должен выдержать, минеры спасли!

Лед уже не шел сплошной массой, теперь мужиков всё больше сносило к мосту.

– Надо вывозить минеров с реки, – сказала Мария и направилась к лодке.

– Куда ты? Без тебя не обойдутся? – сердито поймал ее за руку Егор, оттолкнул, прыгнул в лодку. – Ребята, кто со мной? – опустилось двое парней. Снова, рискуя выкупаться в стылой воде, боролись с налетающими на них кусками льда, пробирались к минерам смельчаки. Забрали их в лодку, усталых, мокрых, грязных. Народ сбежался к воде, вытаскивая минеров из лодки, закоченевших, синих, со спутанными волосами (шапки где-то потеряли).

– Гришенька! – повисла молодая баба на плечах парня с чубом, осыпая его поцелуями.

– Потом, потом! – отталкивал ее секретарь райкома. – Быстро все в машину, бегом! – и сам побежал впереди них. Могучий детина остановился перед открытой дверкой.

– Мы же мокрые, грязные, запачкаем!

– Наплевать, вымоем, садись скорее и в баню. Егор Владимирович, поезжайте с ними, возьмите адреса, пока парятся, съездите за чистым бельем, водки прихватите, после бани по стаканчику для профилактики налейте и развезите всех по домам. Мария Михайловна, проследите за их здоровьем. Премировать надо. Герои, ребята! Молодцы! – восхищался он. Ветер косматил его темные с проседью волосы.

Ледорезы выдержали. К вечеру лед поплыл спокойно, реже, мельче. Мария никак не могла согреться, ее знобило. Забралась на теплую печь, укрылась полушубком, но ее колотило так, что зуб на зуб не попадал. Ночью поднялся жар, тяжело дышала, надсадно кашляла, но была счастлива. «Выдержали остальные ледорезы! Стоят опоры! Это главное! Теперь я согласна болеть, умереть, всё, что угодно! Главное – ледорезы выдержали! Опоры стоят!» – повторяла она. Всю ночь бежала по реке, даже не бежала, а летела над ней, падая в горячую воду, от которой шел пар, тонула, задыхалась, а мост качался из стороны в сторону. «Спасите, спасите мост! – хотела крикнуть и не могла от страха. Он валился на нее, летели высоко в разные стороны бревна. – Мост спасите!» – выдавила из себя с усилием и проснулась от ужаса.

– Машенька, милая моя, успокойся! Цел твой мост, – говорил ласково Егор, кладя на лоб мокрое полотенце. – На, выпей таблетку! – она смотрела на него непонимающе, горящим взглядом. Жадно глотала воздух. «Хорошо, что это только сон», – облегченно подумала, когда совсем проснулась.

Утром врач озабоченно отвела Егора в сторону.

– Воспаление легких у нее слева. Будем колоть антибиотики дома или отвезем в больницу?

– А можно оставить дома? – врач пожала плечами, ответила неопределенно:

– Попробуем, еще беда – нет у нас сейчас пенициллина, дают очень мало, весь израсходовали.

Егор кинулся в райком. Секретарь райкома сам дозвонился в Обком, договорился.

– Бери мою машину и дуй в Новосибирск, там, в областном аптекоуправлении, будет распоряжение Обкома, получишь всё, что надо по рецептам и лети обратно!