Александр Дюдин - Сестры

– Товарищи, кто на фронте был минером? Кто умеет обращаться с толом? – старалась перекричать шум ледохода Мария.

– Мужики, рвать надо большие льдины, снесет ведь, вся работа в лютую зиму пропадет даром, – метался бригадир по берегу. Языком пламени мелькала то тут, то там его борода. Наконец прибежал обратно, за ним лениво, в развалку, шел могучий детина. Он скинул полушубок, отдал Четверякову.

– На, подержи, да не уволоки!

– Да что ты, что ты? – замахал руками тот. – Не сумлевайся, ты только мост подмогни уберечь!

Подошли еще двое: один маленький, юркий, другой ладный, красивый парень со смоляным чубом. «Вдруг погибнет кто из них во время взрыва? – обдала холодная мысль. – Отвечать придется, что случайным людям доверилась».

– Ребята, вы хоть с толом-то умеете обращаться? – кричала она, подставляя ветру плечо.

– Знамо дело, привычны, – сказал солидно детина.

– Я минером был, – твердил, повторяя, юркий паренек, хватаясь за шашки.

– Не сомневайся, гражданочка, всё будет в порядке, – отвел ее руку третий, со смоляным чубом.

– Гриша, не пущу! – завопила подбежавшая молодая баба в шали и поношенном синем пальто. – Не пущу! Ты чего, рехнулся!? На что тебе этот мост сдался? Взорвешься али в воду угодишь, что тебе памятник поставят? Куда я с дитем останусь?

– Надо, Катя, – отрывал он ее руки от груди. – Надо, пусти!

– Тебе-то зачем надо? Они строили, они пущай и спасают. А ты-то зачем лезешь? Какое такое твое дело?

– Несознательная вы, гражданочка, – вмешался юркий, – это же целый мост! Это тебе не курятник! Никак нельзя, чтоб его снесло! Он больших денег государству стоит!

– Пойдем, – дернул его за рукав Григорий. Все трое взяли тол и пошли к реке.

– Да чего ты ревешь, дура?! Ничего с ними не станет. Они же знают свое дело, коли берутся. Я вот не знаю, так и не берусь, – утешал Екатерину рыжий бригадир. «Надо было раньше позаботиться о минерах, – подумала Мария. – Хорошо, нашлись, а если б нет? Все мысли были на строительстве, думала, успею. Хоть бы всё обошлось!»

– Мария Михайловна, сломало!

– Где? – Мария не сразу увидела. Как раз на самой середине реки Мария увидела ободранный ледорез. Тонкой кожурой на ветру мотало жесть. Налетающие льдины рвали в щепки доски с него. «Послать никого не могу: потонут, отвечать буду. Если сейчас же не укрепить, не исправить, разнесет ледорез за несколько минут, а потом снесет опору! – пронеслось в голове, – думать некогда!» Она бросила пальто, схватила мешок, в котором были скобы, топор, молоток, гвозди, и в одной тоненькой белой кофточке и черной узкой юбке прыгнула в лодку. Мужики, побросав телогрейки на землю, посыпались за ней. Оставшиеся на берегу подавали в лодку толстые плахи. – Жесть давай, жесть! – старалась перекричать шум реки Мария. Люди замерли, глядя на смельчаков.

– Ах, шишки еловые! Вот летит глыба, она их раздавит! – кричал Четверяков. Минеры уже мчались по реке, прыгая с льдины на льдину, бежали по белому полю, летевшему на мост. Мужики, стоя в лодке, отчаянно отталкивались от льдин, вертелись с лодкой, в узких просветах воды. Огромное ледяное поле уперлось в сломанный ледорез, они втащили лодку на лед, сдирая кожу с рук. Побежали с плахами, топорами к ледорезу. Он трещал, кряхтел, как человек, на которого навалилась непомерная тяжесть, но стоял! За ними бежала Мария с мешком. Через несколько секунд Мария с двумя мужиками скрылась в ледорезе. Один остался снаружи, подавая им плахи, оглядывался. Льды лезли друг на друга, образовывали затор. Раздался первый взрыв. Люди на берегу видели, как взметнулся столб воды и размельченные куски стали обходить льдину, напиравшую на ледорез. Минер, распластавшийся на снегу, вскочил, перепрыгнул на другое поле, затолкал шашку в щель, зажег шнур, побежал, опять упал. Позади него взметнулся столб воды. А в ледорез подняли последнюю плаху. Вылезли наружу, в несколько рук обшивали жестью ледорез, мелькали топоры, молотки, забивающие скобы.

Прыгая по льдинам, к ним бежал высокий, с широкими костлявыми плечами Егор, неся на руках полушубок. Кто-то крикнул Марии, она обернулась, отчаянно замахала руками, чтоб вернулся! Юркий мужичок уже бежал с толом по их полю.

Все бросились к лодке, столкнули ее в воду. Минер с плеча бил топором рыхлый лед, брызгая водой. Зажег шнур и тоже побежал к ним. Высоко поднялся фонтан воды, лед вздыбился и, разломившись, помчался между опорами. Лодка завертелась, лезла на лед, казалось, вот-вот перевернется, но снова выпрямлялась, ныряя между льдами. Егор бежал к берегу. Но его льдина отошла от других, и он метался на своем пятачке, окруженный водой.