Хэрриет Эванс - Лето бабочек

– Давай спросим в пабе, – предложила мама, поднимаясь по ступенькам.

Я схватила ее за руку:

– Ой, подожди, мам.

Она повернулась ко мне:

– В чем дело?

– Что… Они ведь не узнают, правда? Я имею в виду, это немного странно, просто зайти и начать задавать странные вопросы о доме, не так ли? Давай немного подождем.

Мама сжала мою руку и улыбнулась мне, яблоки на ее щеках сияли.

– Милая, мы ждем уже двадцать пять лет. Не будем больше ждать. – Она повернулась и пошла вверх по ступенькам.

Но в пабе не слышали ни о доме под названием Кипсейк, ни о семье Парр. Ни хозяин, ни один из завсегдатаев бара, краснощекий старик в выцветших синих брюках, который пил эль. Они подозвали симпатичного бармена с дредами и спросили его, и он с сожалением покачал головой.

– Я не могу вспомнить название ручья, – сказала мама, когда я отстала. – Здесь вообще есть ручей?

– Их около тридцати, – сухо ответил бармен.

– О. – Она не смутилась. – Иордан-Крик? Ханаан-Крик?

Но все покачали головами, а завсегдатай за стойкой озадаченно посмотрел. Здесь так много домов, что большинство людей не знают ничего, как раньше. Он бывал здесь всего несколько недель в году – и то чтобы плавать, а не смотреть на дома.

– Это точно недалеко от Хелфорда, – сказала мама, на что симпатичный бармен спросил, знаем ли мы, что находимся в Хелфорд-Пассаже, а не в Хелфорде, главной деревне.

– Где Хелфорд? – сказала я, и сердце у меня упало.

Он указал через реку на скопление домов и лодок, драматически прилепившихся к противоположному берегу.

– Это Хелфорд.

– Сколько времени нужно, чтобы туда доехать?

Он покачал головой:

– Нет смысла садиться за руль. Чтобы добраться до другой стороны, вам потребуется по крайней мере сорок минут. Снаружи есть пешеходный паром. Им управляет мой брат. Он знает каждый ручей и бухточку на этой реке. Если вы хотите пойти и спросить там, он отвезет вас, куда вам нужно.

Было уже далеко за полдень, и лодка ждала у пристани. Лодочник улыбнулся, когда мы объяснили ему нашу миссию.

– Я могу отвезти вас в Хелфорд, – сказал он. – И обратно, когда будете готовы.

Солнце было теплым, но туманным, и оно отбрасывало золотистую тень на прозрачные аквамариновые воды. Там, на реке, было так тихо, что слышался только шум мотора, позвякивание мачт, « клинк-клинк» на ветру и шелест деревьев.

Выплыв на середину реки, мы увидели ее просторы: лесистые бухточки, ручьи и заливы выше по течению и широкий открытый горизонт, ведущий к морю. Я никогда раньше не видела ничего подобного: вода, как в Карибском море, а не в Англии; великолепное ощущение пространства и тишины, и ощущение, что земля окутана историей. Я наблюдала за всем этим, как зачарованный ребенок.

– Что-то узнаешь? – спросила я маму.

Она что-то бормотала себе под нос, снова закусив губу.

– Вроде. И все же – это так трудно. Макао? Манна? О боже. Эй, – обратилась она к лодочнику, – ты знаешь какой-нибудь ручей под названием Манна-Манна?

– Похоже на то. – Лодочник улыбнулся. – Вы имеете в виду Манаккан-крик?

Мама захлопала в ладоши.

– Да! Вот он! Вы можете отвезти нас туда?

– Мам, он просто переправляет нас на другую сторону, – сказала я, и мое лондонское воспитание оказалось на первом плане. – Это не личное такси.

– Я могу, если вы меня наймете и если никого не окажется на обратном пути… – Он указал на другой берег реки. – И если прилив будет в нашу пользу. Я отвезу вас к ручью Манаккан.

– Как вас зовут? – спросила мама, беря его за руку.

– Джошуа, – сказал он немного застенчиво, прищурившись и улыбаясь ей в лицо. – А вас?

– Ну, меня зовут Дилл, а это Нина, моя дочь, и вы оказываете нам огромную услугу. Спасибо.

Джошуа сказал что-то в рацию, чтобы дать знать другому судну, где он, а затем изменил курс вверх по течению.

– Это займет минут пять. Расслабьтесь и наслаждайтесь поездкой, – сказал он.

По дороге он показывал нам дома: вот здесь жил знаменитый ученый, удалившийся на покой в дом на холме; учитель, который каждый день плавал в школу по реке. Он показал нам устричные отмели, производящие миллионы устриц в год, канюков над головой, на которых нападают молодые вороны, и серебристый лишайник, похожий на желто-серые волосы, цепляющийся за деревья, нависающие над рекой. По обеим сторонам тянулись густые леса, кое-где виднелись странные дома и причалы. В остальном это была только свежая зелень деревьев раннего лета, темно-бирюзовая синева воды, яркая голубизна полуденного неба и мы.