Хенрик Лангеланн - Гений

Кристиан бежал по Ратушной площади. Он чувствовал себя прекрасно. Пробегая вдоль Акер Брюгге и мимо Чельфергена, Кристиан посмотрел на часы и проверил пульс. Он всегда проверял его именно тут. Сто сорок шесть ударов после девяти минут и тридцати пяти секунд бега — не так уж плохо. Ему сейчас просто необходимо подышать кислородом. Кристиан нажал на кнопку и побежал дальше.

— Ну я их уделаю, — простонал он и побежал по велосипедной дорожке. — Чертов сговор! — Кристиан прикидывал, как использовать эту информацию с наибольшей пользой. Воплощение в жизнь проекта «Сехестед» — единственный шанс его взлета.

На обратном пути он, как обычно, побежал по кругу, через Драмменсвейен. Приблизившись к дому номер девяносто девять, он замедлил шаг. За дощатым забором была вилла Ашехоугов. Именно здесь каждую осень проходили их знаменитые праздники. Кристиан остановился за кустом сирени и поставил часы на паузу. Опираясь руками о забор и изображая, что разминает ноги после долгого бега, он заглянул в щелочку между штакетинами. Сейчас лужайка была абсолютно пуста, но в августе, когда начнется «книжная» осень, сюда нагрянут несметные толпы — об этом газеты пишут каждый год.

«Дельцы от культуры, — подумал он, переводя дыхание. — Они считают, что владеют целым миром, но даже им не вечно бежать впереди. Время все равно бежит быстрее».

Кристиан выпрямился и размял затекшие мускулы. И верно, время бежит быстрее, оно просто убегает от них. Когда будет реализован проект «Сехестед», эти дельцы заговорят совсем другим тоном. Тогда в издательском мире начнется новая эра. Вилла Ашехоугов хороша, но для руководителей новой эры найдется кое-что получше. Например, один из больших домов на Бюгдёе. Ежегодный праздник АО «Сехестед» в представительной вилле директора издательства фон дер Холла, на улице Кристиана Беннеше, самой модной улице во всей Норвегии… Журналисты, фотографы, выступления в прессе… И центральная фигура события — Кристиан фон дер Холл, молодой шеф издательства…

Кристиан почувствовал, что замерзает. Он несколько раз подпрыгнул, чтобы размяться. Он им еще покажет, этим культурным снобам. Он сломит их сопротивление и станет, наконец, совершенно свободным.

Он пренебрежительно плюнул за забор в сад Ашехоугов и побежал дальше по Драмменсвейен.

Когда он добежал до маленького парка в районе домов шестьдесят восемь и семьдесят, в глаза ему внезапно ударило полуденное солнце. На горизонте виднелся ряд крыш на улице Кристиана Беннеше. Кристиан внезапно остановился. Он заметил, что по парковой дорожке к нему кто-то приближается. Этот кто-то уже был всего в нескольких метрах от него.

Странно, Кристиану показалось, что этого человека он уже когда-то видел. Он не был уверен в этом на сто процентов, потому что солнце светило прямо в глаза. Светлые, почти белые волосы мужчины были взлохмачены и торчали во все стороны. Его пиджак был размера на три больше необходимого и висел на плечах как на вешалке.

Едва Кристиан сделал пару шагов, старик поднял голову и недружелюбно взглянул на него. Обычно у стариков взгляд совсем другой — блеклый и уставший. Глаза же этого мужчины сверкнули с таким жаром, что Кристиан опешил. Такого он не ожидал.

Некоторое время они стояли друг против друга. Казалось, мужчина что-то силится вспомнить. Но вот он свернул за угол на улицу Бьёрна Фармана и поспешно вошел в дом номер шестьдесят восемь. Кристиан с неспокойным сердцем побежал дальше по Драмменсвейен. Определенно, этот человек знал его. Но сам Кристиан так и не смог его вспомнить. Злость, возникшая во время обеда с Эрлендом, снова начала одолевать его.

«Черт возьми, я их уделаю!» — в ярости думал он, пробегая мимо американского посольства. Злоба захлестнула его со страшной силой. На Толлинлёкке ему внезапно пришла идея. Он свернул к Норвежскому театру, прямо к Сехестед-пласс. Кристиан добежал до фасада обоих издательских домов — «Ашехоуга» и «Гюльдендаля» — и в слепой ярости показал им вытянутый средний палец.

— Черт возьми! — тихо выругался Кристиан, увидев сквозь стеклянную стену комнаты для встреч не только Ягге, но и Конрада Броша. Он рассчитывал провести первую презентацию проекта «Сехестед» только для Ягге, без финансового директора, «проклятой помехи», как его называл один остряк из отдела учета. Брош вечно встревал со своими комментариями. Однако ничего не поделаешь, с присутствием Конрада оставалось только мириться. Может, заодно получится свести с ним счеты.