Хенрик Лангеланн - Гений

— С Зябликом-то [7] От норв. слова «finke» — зяблик. ? — ответил Ягге. — Нет, это он со мной в родстве.

Через месяц Ягге стал главным шефом СМГ. Внешне на медведя [8] Бьёрн по-норвежски означает «медведь». Ягге совершенно не походил, скорее уж, на воробья или на кулика-сороку. Сейчас газеты все чаще и чаще называют его «золотым зябликом», а в сегодняшней статье его так назвали трижды.

Кристиан еще раз перечитал статью и изучил свое изображение. Это все-таки его первое в жизни фото в газете, если не считать той общей фотографии, которую его тренер послал в «Уллен Авис Акерпостен», когда Кристиан выиграл в эстафете для шестнадцатилетних. Но сколько времени прошло с тех пор.

Он быстро пробежал другие статьи в разделе «Биржевой вестник» и среди прочего про развитие Интернета. О, Ребекку Лунд интервьюировали в рубрике «На ночном столике». Интересно. И откуда у нее берется время читать книги?

Кристиан позвонил домой, чтобы рассказать Тессе про статью и про «Ашетт».

— Привет, Кристиан. Тессы нет дома, — ответила Ибен, — она уехала в университет.

Кристиан набрал мобильник жены, но, как сообщил робот, абонент был выключен или находился вне зоны действия сети. Он немного разозлился и положил трубку, не оставив сообщения. Он некоторое время сидел, задумчиво глядя на фотографию Ребекки Лунд в рубрике «На ночном столике». Выглядела она почти так же, какой он ее помнил со времен Высшей торговой школы. Разве что волосы стали немного светлее. Смелая, почти вызывающая улыбка, взгляд прямо в камеру. Стильный костюм в полоску. Судя по фотографии, срезанной по линии груди, под пиджаком у нее ничего не было. Ребекка была по-настоящему элегантна. «Да, мы могли бы стать удачной парой в норвежской медиаотрасли», — Кристиан вздохнул и вдруг разозлился на самого себя за выбор жизненного пути. Он представил себе Тессу. Вероятно, она сейчас сидит в переполненной аудитории в Блиндерне, записывает лекцию в окружении других студентов, а пыльный профессор мелет с кафедры теоретические бредни. Ребекка в первом ряду в новостной колонке, а Тесса на задней скамейке на лекции… И о чем она, собственно, думает?

Ему пришло уже несколько поздравлений от коллег и знакомых, и это было очень приятно. Особенно интересно, что скажет Бьёрн. Эта статейка стала прекрасным поводом к решающей первой встрече на тему проекта «Сехестед» на следующей неделе.

За ночь и утро ему пришло уже более тридцати писем. Среди них Кристиан нашел длинное и занудное сообщение от Реймонда Бернштайна из «Голдман Сахс». Он жаловался, что по телефону Кристиана не достать, а ему надо срочно с ним связаться. У концерна «Херст» пока еще есть интерес, но скоро им надоест ждать, так что надо шевелиться, администрация Клинтона уже готова заткнуть эту дыру LILO, и так далее, и так далее.

Кристиан не ответил на это письмо, а просто позвонил — вероятно, раз двадцатый за последние пару месяцев — этому бестолковому Роару Хальворсену, шефу типографии в Альнабру.

Причина задержки состояла в том, что «Делуа и Туше» среди прочего должна была проверить ряд данных относительно типографии, чтобы определить ее стоимость. Эта проверка проходила через офис шефа типографии. Даже если шеф типографии стоял между печатниками и руководством концерна, он прежде всего был печатником. Кристиан, конечно, понимал, что Хальворсен находится между молотом и наковальней, и тем не менее не испытывал к нему симпатии. Уже в первый день после поездки в Париж Кристиан попытался с ним связаться. Сначала просто звонил, но никак не мог застать на месте. После ряда неудачных попыток кто-то в Альнабру все-таки снял трубку и на вопрос Кристиана, не может ли он поговорить с шефом, ответил, что Хальворсен вышел прогуляться. Кристиана передернуло. Директор, руководитель вышел прогуляться?

Он уже давно знал номер Хальворсена наизусть и теперь механически набивал шесть цифр, даже не заглядывая в книжку. Если сейчас он не застанет Хальворсена на месте, то придется самому разыскивать этого раздолбая, где бы он ни находился, хоть на Канарских островах!

— Привет, Роар, это Кристиан. Как думаешь, зачем я звоню?

— Боже мой, это ты, как приятно! — прошелестел голос Хальворсена в трубке.

— Нелегко тебя поймать. Наверное, у вас там в типографии дел по горло и напряженный график встреч, — сказал Кристиан с плохо скрываемым сарказмом.

— Да я был на больничном, — ответил Хальворсен, не заметив иронии.