Ричард Кондон - Честь семьи Прицци

Налоговые консультации — благодаря ее многочисленным связям — приносили Айрин около шестидесяти тысяч долларов в год, что составляло меньшую часть ее доходов, но обеспечивало надежное прикрытие.

Айрин включила запись на автоответчике. Грубый голос с итальянским акцентом произнес: «Номер восемь-ноль-пять, отель «Пик», Бруклин, четверг двадцать третье июля. За вами приедут. Возьмите инструменты».

До двадцать третьего оставалось шесть дней. Двадцать третье будет седьмым днем их аферы в Вегасе. С этими мыслями Айрин позвонила одному из своих постоянных клиентов и сказала, что они могли бы где-нибудь пообедать.

* * *

В дверь номера восемьсот пять в отеле «Пик» постучали, Айрин открыла дверь и увидела красивую итальянку арабских кровей.

— Здравствуйте, — сказала она. — Вы Айрин Уокер?

Айрин кивнула.

— Меня зовут Мэйроуз Прицци. Я отвезу вас на свадьбу.

Когда они приехали в церковь Санта-Грациа, Мэйроуз велела ей занять место на скамье слева и добавила:

— Я заберу вас сразу после мессы.

Айрин сидела, смиренно наблюдая за обрядом венчания и гадая, будет ли она дома завтра в это же время. Операция в Вегасе уже началась, и поскольку новостей пока не поступало, она решила, что все вдет по плану, иначе Маркси обязательно дал бы ей знать.

После службы к ней подошла Мэйроуз, они сели вдвоем в лимузин и поехали на прием. В машине Мэйроуз дала ей запечатанный конверт и сказала:

— Бросите это в черный мешок у дверей при входе.

Когда они вошли в зал, украшенный точно на польскую свадьбу, Мэйроуз окликнула какого-то человека. «Ага, это, должно быть, контакт», — догадалась Айрин. И точно — это был Чарли Партанна, легендарный Чарли Партанна. Айрин вся обратилась во внимание, а Мэйроуз растворилась среди толпы. Чарли посмотрел на нее, будто она с другой планеты — наверное, впервые видел женщину-киллера. Ничего, пусть привыкает.

Она ждала, пока он заговорит.

— Что вы будете пить? — спросил он.

— Может быть, бокал вина за жениха и невесту, — ответила она.

Боже, он был огромный, точно гора мяса и волос. Его приятная улыбка сбила ее с толку — странно было наблюдать такую улыбку на лице человека его профессии. Слова поднимались из его живота со скрипом, точно ведра из колодца, но ему это подходило. Он был красиво одет — в отличие от большинства ее знакомых, которые носили дорогую одежду, не умея одеваться. Согласно польским и итальянским традициям все мужчины явились на свадьбу в смокингах, причем некоторые напоминали официантов, обслуживающих кислотную вечеринку, — ярко-зеленая помятая рубашка, пурпурная бабочка, желтый кушак и красные лацканы. Чарли в своем смокинге приглушенного черного цвета, сшитом по фигуре, выглядел как нормальный человек.

Потом кто-то на сцене заговорил в микрофон, и она, хотя и не сразу, догадалась, что это Винсент Прицци. Насчет того, кто вышел следом, сомнений не возникло — Коррадо Прицци, старейший и самый могущественный глава семьи во всей итальянской мафии.

Затем Чарли пригласил ее танцевать. Играли мелодию ее детства — «Ты сводишь меня с ума». Айрин согласилась, обратив к Чарли свои большие карие глаза, но не успели они выйти на танцпол, как Мэйроуз позвала ее к телефону. И она вдруг поняла, что Чарли не тот человек, не контакт. Идя за Мэйроуз, она размышляла: «Если на меня запал Чарли Партанна, хорошо ли это?» Неплохо, потому что он ей тоже понравился. Даже очень хорошо, поскольку, когда он приедет в Вегас порвать их на тряпки, его полезно будет иметь на своей стороне. Если она правильно его понимает, то ей, можно сказать, выпала большая удача.

Мэйроуз привела ее в нишу, в стороне от главного зала, представила высокому худому старику, который стоял там один, и удалилась. Старик был Анджело Партанна. Он вежливо улыбнулся, сверкая дорогими фальшивыми зубами. Когда улыбка пропала, на его лице остались лишь выпуклые глаза.

— Заказ на Сола Неттурбино, — сказал он. — Отель «Уолдорф», двадцать один, сто, три часа — он ожидает незнакомую женщину. Она не придет. Он подумает, что она это вы.

— Проститутка?

— Да.

— Это я умею.

— Когда закончите, спускайтесь в бар. Спросите Джонни — это бармен. Узнайте, не оставляли ли ему чего для миссис Бронштейн. Он передаст вам конверт. — Он снова улыбнулся и кивнул, отпуская ее.

Айрин взяла такси и поехала в «Уолдорф». Там она сразу поднялась на двадцать первый этаж и постучала в номер Неттурбино, первый от лифта. Почему-то ей захотелось изобразить проститутку-скромницу. Неттурбино, в расстегнутом халате и без штанов, открыл дверь, явно рассчитывая на реакцию. Его член стоял, точно костяной.