Шэн Кэи - Красные туфельки

Голос Маотоу дрожал:

— Действительно — Рыбий царь! — Проговорив это, паренёк повторил. — Действительно — Рыбий царь!

Пятеро-шестеро, а потом и дюжина парней пытались вытащить сеть на сушу. Это были молодцы в самом расцвете сил, в их мускулистых, крепких телах бурлила беспокойная энергия. Но, борясь с Рыбьим царём, даже они оступались и падали на каждом шагу. Рыбий царь резко выгнулся, и один из парней шлёпнулся лицом вниз, по уши погрузившись в топкую жижу, а потом долго не мог подняться на ноги. Но эти молодцы не хотели признавать поражения и не желали соблюдать правила честного поединка. Они демонстрировали настырное, словно у прожорливых опарышей, упрямство. К ним присоединялось всё больше мужчин: дюжина, а потом и две дюжины парней пытались одолеть Рыбьего царя. Когда его удалось наконец полностью вытянуть на сушу, они заплясали от радости. Во время этого бурного ликования к ним присоединилось ещё больше людей! Три-четыре десятка крепких мужчин все вместе набросились на Рыбьего царя. А ещё один, размахивая палкой, ожесточённо колотил это диковинное существо. Рыбий царь гневно подпрыгивал, изворачивался, ударял хвостом. Оглушительно шлёпая, молотил гигантский хвост, разбрасывая во все стороны топкую жижу и оставляя в местах ударов новые и новые глубокие вмятины. Грязь, словно град пуль, лупила по толпе, откуда раздавались испуганные вскрики. Но люди понимали, что Рыбий царь уже обречён. И хотя он то и дело выгибался, стараясь изловчиться и подпрыгнуть вверх, но множество сетей, опутанных вокруг тела, тянули Рыбьего царя вниз, и, подскочив, он только ударялся о землю с шумным, похожим на вздох, шлепком.

Рыбий царь лежал на высохшей и уже растрескавшейся от жары прибрежной отмели. Колоссальная смолянисто-чёрная голова, огромные пластины гладкой, сверкающей чешуи, подобный исполинским ножницам хвостовой плавник — всё это по форме и размерам было похоже на небольшой трактор с переполненным кузовом. Но больше всего людей удивляло, что всякий раз, когда чудище открывало и закрывало свой похожий на глубокую пещеру рот, оттуда доносилось жалостное хныканье, как у младенца. Если закрыть глаза и судить лишь по звукам, то оставалось только изумляться: откуда же мог взяться такой голосистый младенец? В радиусе пяти-шести метров вокруг Рыбьего царя образовалось кольцо из вывозившихся в топкой глине тел и перемазанных грязью голов, а за этим кольцом было другое, а дальше ещё и ещё, словно наседающие на открытую рану жадные опарыши. В глазах Рыбьего царя — большущих, как лаковые поясничные барабаны, — отражались, словно в кривом зеркале, замызганные физиономии людей. И всем думалось: «Рыбий царь! Это действительно Рыбий царь! На Беловодном озере и вправду есть Рыбий царь! Оказывается, Рыбий царь — это не какое-то сказочное чудо, а просто здоровущая рыба-переросток».

Легенда вмиг стала реальностью, у людей слегка закружилась голова, земля начала уходить из-под ног, и они, словно оказавшись во власти сна, не могли пошевелить даже пальцем.

— Это я её поймал! — заявил чрезвычайно довольный собой Лаохэй.

Он хотел было приблизиться к Рыбьему царю, но подойдя на пару шагов, сразу же отскочил. Чудище грозно шлёпало хвостом, и вряд ли кто-то смог бы оправиться после такого мощного удара. Столпившиеся вокруг люди очнулись и вернулись в реальность, однако никто не раскрывал рта. В тягучем безмолвии было слышно только, как шумно дышит Рыбий царь, раздувая широченные, словно кузнечные меха, жабры. Из-за этого гнетущего молчания кое-кто подумал, что они совершили непоправимое зло. Один за другим люди покрывались липким холодным потом, они нервно тёрли грязные ладони, а в сердцах начинал разрастаться страх.

— Кому хочется этой рыбины? — кричал Лаохэй, оглядывая столпившихся вокруг людей. — Если не потянете купить всю тушу, так можно и кусками, на развес! Какой кусок приглянулся, тот вам и отрежу!

Лаохэю никто не отвечал, настолько слабыми и тщетными казались его обрывистые, каркающие выкрики.

Все люди столпились вокруг Рыбьего царя, и поэтому никто не заметил, что стоявший возле домика Хайтянь помчался вниз со склона. Позади толпы раздался резкий возглас, и каждому почудилось, что в голове будто прозвучал мрачный удар гонга, и сердце панически заколотилось. За спинами людей с геройским видом появился Хайтянь, потрясая широким тесаком.

— Разойдись! Разойдись прочь! — кричал паренёк.