Я тоже не собираюсь медлить — вода манит, зовет и притягивает не хуже сильнейшего магнита. Останавливаюсь лишь на секунду, взглянув на Каллена, все ещё стоящего на прежнем месте.
— Ты ведь будешь плавать?
Дважды моргнув и оторвавшись от воды, он оглядывается на меня. Кивает, но чуть рассеяно.
— Конечно.
— Тогда пойдем, — слова разносятся по воздуху вместе с моим перемещением. Следом за малышом зарываюсь лицом в мягкие волны, наслаждаясь их свежестью и солоноватостью, о которой мечтала, завидуя резвящемуся в воде Джо. Теперь я тут же. И ещё счастливее, чем он.
Подхожу к Джерому — дно податливое и ровное, постепенно уходящее вниз. Ни камушков, ни морских зверушек, встречи с которыми бы точно не хотелось. Все как в лучших мечтаниях.
Горящий энтузиазмом продолжать купание столько, сколько будет возможно — наверное, и после захода солнца тоже, — Джерри запрыгивает на меня, обвивая руками за шею. Крохотные капельки воды, стекающие по его коже, похожи на слезы, но никак не вяжутся со счастливым выражением лица. Стираю из собственной мокрой ладонью, желая, чтобы этих щечек если и касалась соленая вода, то только морская. И сделаю все, что от меня зависит, дабы это желание претворить в жизнь.
Внезапно Джером взвизгивает, опуская мои плечи. Исчезает в мгновенье ока.
В ту же секунду громкий всплеск рядом подсказывает, в чем дело.
С брызгами и хохотом отбиваясь от крепких объятья папы, Джерри барахтается в воде справа от меня. Эдвард — не менее мокрый и взлохмаченный, чем мы — держит его, не давая вырваться и щекоча. Времяпровождением оба Каллена явно наслаждаются.
Тихонько наблюдаю за ними, радуясь той картинке, что вижу.
Однако в роли стороннего наблюдателя пробыть дают недолго.
Маленькая ладошка мальчика хватает мою, утягивая к своему обладателю. В веселье принимают и меня.
… Полчаса спустя, на берегу, дрожащий и с малость посиневшими губками, Джером, сидит завернутый в то самое зеленое полотенце, оглядывая окружающее пространство в ожидании, когда сможет вернуться в воду.
Суша точно не предназначена для этого морского ребенка. Я знала, что дети, как правило, любят океаны, но чтобы настолько…
По-моему, Джерри удалось переплюнуть даже меня.
— Тепло? — наклоняюсь к малышу, игнорируя собственную гусиную кожу и наслаждаясь ярким солнцем. Белокурая головка оборачивается в мою сторону. Кивает.
— Хорошо, — улыбаюсь ему в ответ, кончиками пальцев стерев с лица последние влажные капельки, — посидим немного, а потом опять искупаемся.
Кажется, эта фраза его вдохновляет — глаза вспыхивают с новой силой. Энергично кивнув, мой малыш сильнее кутается в махровую материю. Быстрее высохнет — быстрее вернется обратно.
Эдвард, сидящий рядом, но прямо на песке, посмеивается. Его наряд уже не внушает такого удивления, как прежде. Он — часть окружающего нас. Он, всего на всего, костюм. И ничуть не больше.
— Мореплаватель, — одними губами шепчу я, обращаясь к мужчине.
Обожание, разлившееся внутри малахитов от единого взгляда на сына, непередаваемо красиво.
— Синбад-мореход, — так же беззвучно отзывается он мне.
Да уж. Художник и любитель океанов в одном лице? Чего ещё я не знаю об этом ребенке?
— Белла, — Каллен привлекает к себе внимание, легонько сжав мои пальцы, зарывшиеся в песок. Смотрит с интересом, но в то же время, с долей смущения.
— Как строить песочные замки?
Удивлено изогнув бровь, мысленно проигрываю услышанное снова. В конкурсе на самый неожиданный вопрос этот бы занял место в первой тройке. Услышать его от Эдварда я точно не ожидала. А он, похоже, не ожидал, что будет его задавать.
Легонько качнув головой, мужчина стесненно опускает глаза, усмехнувшись. Что-то вновь отдаленно напоминающее румянец появляется на щеках. Потрясающее зрелище…
Внутри меня теплеет. Видеть этого мужчину таким — ещё один приятный сюрприз. Темного Барона здесь нет. Здесь Эдвард. Наш.
— Руками и водой, — задорно отвечаю, придвинувшись к нему чуть ближе, — как насчет того, чтобы прямо сейчас этим заняться?
Возражений у него нет.
А уж ликование Джерома можно только представить.
Сижу на песке, прокладывая пальцами заборчик для внутреннего двора, который уже успели укрепить и расчистить, а так же украсить сухой песочной крошкой, наблюдая за Калленами. В четыре руки они с легкостью воздвигают на ровной площадке высокую стену, устраняя трещины капельками воды. Ласково друг другу улыбаясь, по-настоящему наслаждаясь процессом, мастерят свое сооружение, не отвлекаясь ни на что иное. Кажется, будто отрываются от всего мира. Остаются в своем маленьком и нежном, любимом мыльном пузырьке. И такое единение, такое счастье, как царит внутри него, стоит ещё поискать.
Читать дальше