Джилли Ганьон - #люблютебя [litres]

(От Рейчел):Ага, были. Заплетали друг другу косички каждый вечер.

Я улыбнулся. На секунду стало неловко, но Рейчел действительно классная. Всегда знает, что сказать. И пусть с Джесси она промолчала, зато со мной потом – нет. Рейчел не пыталась ни от кого прятаться. К тому же у нее была куча поводов расстраиваться, а она не могла удержаться, чтобы не пошутить. Но это мы еще не говорили о том, что сказал мне Олли. О том, что я увидел во «Флите».

(Для Рейчел):И у тебя точно все в порядке?

Ответ пришел практически мгновенно.

(От Рейчел):В порядке. А почему ты спрашиваешь?

(Для Рейчел):Да так. Просто та фотка, кажется, принесла тебе кучу неприятностей и…

Что «и»? Это же теперь никак не исправить?.. Я стер «и».

…поэтому я решил спросить.

(От Рейчел):Я в норме.

(От Рейчел):Тролли такие тролли, согласен?

Хотелось сказать ей еще что-то. Объяснить, что я понял. И что она могла рассказать обо всем мне, если ей было нужно. Но меня не покидало чувство, что она просто изящно меня отшила. М-да, даже по эсэ-мэскам не понять, чего на самом деле люди имеют в виду. К тому же я ведь толком ничего и не понял. А Рейчел не захотела ничего рассказывать. В комнате вдруг стало темнее, чем прежде.

(Для Рейчел):Точно. Напиши мне завтра насчет шоу. Надо спланировать совместное нападение.

(От Рейчел):Напишу. Тактическое превосходство принесет нам победу!

Я фыркнул. Шутит – значит, все в порядке, так ведь? Может, ее действительно не так уж волнует эта интернет-шушера?

(От Рейчел):Пока.

(Для Рейчел):Спокойной ночи, Рейчел.

Я чуть не написал «приятных снов», но понял, что это будет странно и подозрительно. Так что просто перевернулся, положил телефон на тумбочку и долго пялился в темноту, прокручивая в голове наш разговор, пока наконец не заснул.

Кажется, в общей сложности я спала сегодня тридцать семь минут. Огромные усилия воли ушли на то, чтобы успокоиться и унять энергию, бурлившую во мне после стычки с Джесси. Я никогда не участвовала в настоящих драках, пусть даже и словесных. Монике, конечно, нравится быть главной, но она никогда не превращается в брызгающую слюной кошку, если мы расходимся во мнениях. А потом пришла эсэмэска от Кайла, и все закрутилось по новой.

Я проворочалась всю ночь, пытаясь избавиться от тяжелого ощущения где-то в животе, что Джесси права и все думают, что я действительно жалкая «мусоровозка». Меня снедало дрожащее пузырящееся беспокойство, зачем Кайл написал мне вечером. Ведь он и так уже за меня заступился. Никто и никогда не делал для меня ничего подобного, а он повел себя так, будто это совершенно нормально – встать на защиту странной девчонки, агрессивно ответить на откровенную гадость. Он что, никогда фильмы о подростках не видел? И, кстати, когда именно мне нужно ему написать?

Около семи я наконец сдалась, выбралась из кровати и спустилась вниз. Мама уже встала и пила кофе на кухне. Увидев меня, она сильно испугалась.

– Я собираюсь согласиться, – заявила я.

– На что?

– На шоу. Я буду в нем участвовать.

В ту же секунду испуг на ее лице сменился беспокойством.

– Думала, мы уже все решили. С таким вниманием будет трудно справиться. Не то чтобы мы подглядывали, но, когда ты уехала, отец захотел узнать, что ты имела в виду, когда говорила о людях во «Флите», и… – Ее чуть заметно передернуло.

Слава богу, папа по выходным спал допоздна; если мама кидалась в бой, пытаясь исправить даже то, что заведомо невозможно было исправить, то он просто огорчался и впадал в ступор, когда думал, что меня или Джонатана кто-то обидел. И от этого становилось нечем дышать.

– Нет, я сама хочу. Мо права, это поможет нам попасть на курсы начинающих драматургов. Уже ради них стоит согласиться. – Хоть в это по-прежнему слабо верилось и я все еще злилась на Мо, ведь именно они с мамой заварили эту кашу. – К тому же Кайл уже в курсе. – На меня так и взирали с плохо скрытым беспокойством, наморщив лоб. Надо было придумать что-то успокаивающее, чтоб мама поверила, что я в норме. – Я уже разобралась с девочками, которые на меня наезжали, так что, думаю, справлюсь и с этим. А иначе я рискую упустить прекрасную возможность.

Мама медленно кивнула. Она все еще хмурилась, но плечи уже расслабились, опустились, словно с них свалился тяжелый груз.

– Мы обещали, что ты сама примешь решение. Ты его приняла. Уверена?