Даниэль Рондо - Механика хаоса

Брюно считал, что никто не позовет старика назад. Слишком многие его ненавидели. Слишком многим он наступил на хвост. Потом он вспомнил слова, сказанные Ламбертеном, когда тот брал его к себе в отдел: «Если собака нашла кость, она никому ее не отдаст…»

Торбей-Пирог, пригород Парижа, Франция

Гарри разбудил шум дождя. Под ритм падающих капель у него в мозгу сами собой сложились слова: «В этой жизни я один / Хуже брошенного пса / Мамы с папой больше нет / Плохо, что их больше нет / Я теперь живу без них / Я живу без их любви / Все хорошее ушло». Он резко сел в постели, едва не стукнувшись головой о потолок. За последние полгода он еще вытянулся. Если так дальше пойдет, скоро ему придется искать себе другое жилье. «Но нет, я не пропал / Нет, я не сдался / И среди свинцовых туч / Мне блеснуло острие / Это острие меча / Я сковал его из слез / Ты со мной, мой Дюрандаль / Не во сне, а наяву». Он протиснулся в котельную и сбрил три пробившихся на подбородке волоска. «Это острие меча / Я сковал его из слез / Ты со мной, мой Дюрандаль». Он подключил смартфон к маленькому микрофону и включил запись, которую сделал вечером: «В этой жизни я один / Я нашел себя один / Говорил со мной Глагол / Мой меч – это мои слова / Ха-ха!» Он прослушал запись еще раз. Нет, не то. К тому же он не понимал, каким тоном надо произносить финальное «Ха-ха». Может, вообще его выкинуть? Ладно, посмотрим. А завтра он запишет еще и видео.

По голубеющему небу плыли пухлые облака. Женщины со всего городка группками спешили на рынок, переговариваясь вполголоса. Слухи здесь распространялись быстро. Мужчин на улице было мало. Наемники мафии спали допоздна, одурманенные наркотиками. Нигде ни одного полицейского, хотя только вчера в соседнем городке произошло убийство молодого парня. Двух копов, явившихся расследовать преступление, тоже застрелили. Гарри шагал к дому М’Биляла. Он перешел на бег. Слова крутились в голове. В последние дни они его не отпускали. «Я сковал его из слез / Ты со мной, мой Дюрандаль / Не во сне, а наяву». Он поднял голову и в облаках увидел лица родителей – обоих одновременно. Он улыбнулся им и перепрыгнул через кучу нечистот. «Всем убийцам и ворам / Всем, кто губит нашу жизнь / Я давно хотел сказать / Убирайтесь навсегда / Этот день уже настал / И я крикну вам в лицо / Убирайтесь навсегда!» Он быстро, лавируя между машинами, перебежал через улицу и влетел в подъезд Хозяина М’Биляла. Чернокожих охранников куда-то отослали, и на их месте дежурили трое низеньких бородатых парней. Не склонные к лишним разговорам, они хотя бы вели себя вежливо и, узнав Гарри, его пропустили. Еще на лестничной площадке ему в нос ударила знакомая вонь. Собаки.

Он позвонил. За дверью послышался лай, сопровождаемый человеческими криками. Ему открыла старуха, ростом едва доходившая ему до пояса. Он рос, а она с каждым днем словно уменьшалась в размерах. Он обратил к ней лицемерную улыбку, и она ушла, сгибаясь под тяжестью своих золотых цепочек и монист. Билял, полуодетый, ждал его лежа в постели. Он курил и просматривал сообщения на смартфоне. В кресле сидела новенькая, украинка, и красила себе ногти на ногах. Гарри заметил, что у нее красивые ноги (хотя от ее лака цвета фуксии у него зарябило в глазах), и счел нужным ей это сказать.

– Ха, ты научился разговаривать с женщинами? – фыркнул Билял.

Девушка подняла на него вопросительный взгляд, и он перевел ей сказанное.

– Он милашка, – сказала она по-английски.

– Вот и хорошо, – ответил Билял. – А теперь брысь.

Она поднялась и ушла, волоча ноги в вышитых шлепанцах.

Впервые за все время М’Билял не стал хватать Гарри за промежность. Наверное, решил, что тот уже слишком взрослый. Накануне вечером он пил с украинкой водку, и сейчас глаза у него были налиты кровью. Несмотря на это, он говорил твердым и уверенным голосом, а каждое произнесенное им слово, как всегда, поднималось к губам из самых глубин его нутра. От сосредоточенной напряженности его глаза, казалось, сходились к переносице. Гарри смотрел на него, стараясь ничем не выдать своих истинных чувств. Он успел хорошо изучить этого зверя и не собирался его недооценивать. Кроме того, он сознавал, что многому у него научился, в том числе умению внутренне собираться и использовать власть слов. Гарри ни на секунду не ослаблял внимания, но тут вдруг у него в голове как будто что-то щелкнуло. Он почувствовал, что он выше Хозяина М’Биляла. Выше не только ростом. Он ощутил свое моральное превосходство. «Спокойно, Гарри, помни об осторожности. Ты его еще не победил. Но все равно… Сейчас, когда я стою напротив него, мне кажется, что я сильнее. Спокойно, спокойно… Раньше у меня не было выбора. Я был его рабом, чем-то вроде его талисмана, я слушал его и покорно кивал. Тогда я его боялся. Кивай и дальше, не высовывайся раньше времени».