Алиса Габриэлян - Солнце восходит в мае

— Прогуляемся? — негромко сказала Майя, остерегаясь нарушить приятную тишину.

Женя кивнул, и они направились вглубь леса. Отсутствие компаса у Майи Женю смущало, но она явно знала, что делает. По крайней мере, это читалось на ее лице.

Солнечные лучи весело играли с листвой деревьев. Жене хотелось сфотографировать эту картину и показать вечером Марине, потому что на словах она вряд ли поверит, но достать телефон при Майе ему казалось более страшным, чем сделать то же самое на экзамене по английскому языку. В лесу Женя был всего один раз в жизни с папой, но не помнил ничего из того дня.

— Мы не заблудимся? — спросил он. Его слова эхом разносились по лесу.

— Ты что смеешься? Я знаю каждую тропинку наизусть…

Женя кивнул.

— Как такое возможно? — спросил он, и Майя лишь на мгновение обернулась, чтобы убедиться, на самом ли деле Жене интересно знать это.

— Это забавная история. Мы приехали сюда прошлым летом с ребятами. В один момент я решила в одиночку прогуляться по лесу и не сразу поняла, что заблудилась. Телефона у меня не было, часов тоже, и я бродила здесь, кажется, целую вечность. Ребята меня не звали. Они вообще обо мне забыли, — смеясь, говорила она . — Забыли, что приехали со мной. Вспомнила Эльвира, когда они подъезжали к городу. К тому моменту, когда они приехали, я сама выбралась в поле…

— Ты сильно обиделась на них? — шокированный историей девушки, спросил Женя.

— Нет, совсем не обиделась. На что обижаться? Я знаю все лучшие места здесь. Я благодарна им, ведь теперь знаю здесь каждый кустик и каждое деревцо…

Она стала рассказывать, где какое дерево, будто догадывалась, что у Жени проблемы с ботаникой. Его это никогда не интересовало, но слушать Майю он мог бесконечно, о чем бы она ни рассказывала.

В глуши леса было немного прохладнее, чем на открытой местности, где солнце ужасно напекало голову. Здесь не приходилось щурить глаза из-за солнечного света, ведь в лесу его попросту не было. Впервые за все время прогулки Женя поймал себя на мысли, что лес ему нравится и тут можно укрыться от городского зноя. Только вот его любовь к природе продолжалась недолго, ровно до того момента, как он наступил на муравейник. Женя несколько минут стряхивал насекомых с ноги, а Майя хохотала, что было сил, смотря на своего нелепого нового друга.

Через пару минут они оказались на крохотной полянке, которая измерялась тремя большими шагами. Майя встала в самом центре и подняла голову вверх, всматриваясь в небо.

— Смотри! — обратилась она к Жене. Он встал рядом с ней и тоже поднял голову.

— Разве бывает такое ярко-голубое небо?! — поразился он. — Я такого никогда не видел!

На небе не было ни одного облачка, но Женю это не особо удивляло, потому что голову вверх он поднимал не слишком-то часто, предпочитая на улице устремлять свой взор в телефон.

Высоко летали птицы, на которых, вероятно, и указывала Майя, и Женя вспомнил их недавний разговор дома у Кости. Он взглянул на девушку. Она была печальна и задумчива, и Женя сразу понял, о чем она хотела ему сказать. Майя завидовала птицам, потому что у них были крылья.

— Это тихоокеанский синий, — поправила она Женю. — Небо здесь всегда такое. Даже когда в городе дождь, я приезжаю сюда и вижу все тот же тихоокеанский синий. Это удивительно!

Она улыбнулась, и они замолчали. С веток сорвалась стая птиц и устремилась в небо. Так просто: взяли и улетели. У людей все сложнее.

— Куда ты исчезаешь, Майя? — спросил Женя, уже только после произнесения вслух осознав, что сделал это зря.

— Я… я не обсуждаю это, Джо, — изменившись в лице, сказала девушка.

Женя закашлялся, чувствуя, что ситуация весьма неловкая. Он стоял в глуши леса с девушкой, которую практически не знал, но ее саму молчание, похоже, ничуть не смущало.

— Прости, Майя, — сказал Женя не очень громко.

— За что?

— Ну, как же… За то, что сказал что-то не то.

— Разве?

Майя по-прежнему смотрела вверх, и Женя никак не мог понять, издевается ли она или просто сумасшедшая.

— Знаешь, Джо, я хочу быть вечно молодой, — проговорила Майя чуть-чуть смущенно, не обращая никакого внимания на недавно сказанное молодым человеком. — Восемнадцатилетней, — продолжала она .

— Почему?

— Я не вижу себя зрелой женщиной или… бабушкой.

— Это глупости, Майя! Ты превратишься в удивительную женщину.

Майя печально улыбнулась, опустила голову и помотала ей из стороны в сторону.