Кэтрин Хьюз - Ключ [litres]

– Боже мой, Эллен, а ты что здесь делаешь? Это Эдвард, – кивнул он на юношу, – и он только что снова обыграл меня. Все, Эд, давай, тебе пора, – начал он собирать шахматные фигурки.

Эдвард взял черного короля, поцеловал его и подбросил в воздух. Дуги выставил руку и поймал.

– Завтра в это же время?

– Посмотрю свой ежедневник, – задумчиво почесал подбородок он и медленно поднялся, взявшись за стол для поддержки. Дуги хотел встать, но Эд отмахнулся. – Я сам, спасибо.

Он неуверенно зашаркал к двери, делая маленькие шажки и расставив руки, чтобы при необходимости успеть схватиться за любую опору. У двери он вцепился в раму так, как держатся за спасательный круг.

– Я же говорил! – улыбнулся он им, хотя лицо его было красным от напряжения.

Когда Эдвард вышел, Эллен села на его стул.

– Ты так добр, Дуги, что все время ему поддаешься. Думаю, это хорошо сказывается на его самооценке.

– Поддаюсь? Вот бы он мне хотя бы раз поддался! Я еще ни разу не смог его обыграть.

– Ого, а я-то подумала…

– Да, понимаю. Теперь ты решишь, что я так плох в шахматах, что даже слабоумного не могу обыграть.

– А что с ним здесь делают? Я заметила у него шрам на голове, и ему очевидно трудно ходить.

– У него травма головы, он упал с велосипеда. Здесь уже несколько месяцев.

– Но разве ему место в психиатрической больнице?

– Не я придумываю правила, Эллен. У него по-прежнему случаются приступы.

– Бедняга. Он еще совсем молодой.

– Ему уже двадцать один. На прошлой неделе исполнилось. Его мама, дай Бог ей здоровья, приносила торт. Она приходит каждую неделю, всегда приносит грушу.

– Игрушку? – переспросила Эллен.

– Грушу – фрукт, чтобы есть, – рассмеялся Дуги и посмотрел на часы. – Как раз придет сегодня днем.

Эллен взяла белую пешку и стала крутить в руках.

– Я сегодня возила пациентку на электрошок.

Он протянул руку и забрал фигуру.

– И далось тебе это нелегко, – констатировал он.

– Боже, Дуги, это было ужасно. Как вообще можно так мучить людей?

Дуги закрыл крышкой набор шахмат.

– Знаешь, Эллен, за последние пару лет я много раз задавал себе этот вопрос. Но у некоторых пациентов видел значительное улучшение. Вот все, что я могу сказать. Могу только говорить из своего опыта.

– Я спросила доктора Лэмборна, нельзя ли лечить как-то иначе?..

– Нет, только не это! Ты правда задала этот вопрос?

– Не беспокойся, я получила урок. Он уже сказал мне, что я рано зазналась.

Дуги погладил руку Эллен.

– Ничего нет плохого в том, что ты проявила неравнодушие, детка.

Услышав это обращение, распространенное на севере Англии, она улыбнулась. Он использовал местное слово, но из-за американского акцента оно было больше похоже на поддразнивание.

– Ладно, пойду в палату, проверю Эми, – вздохнула она, вставая.

– Та молодая девушка с танцев? Это ее подвергли электрошоку?

– Да, она.

Было трудно понять, какие эмоции испытывает Дуги. Он нахмурился и медленно выдохнул через рот.

– Бедная девушка, – пробормотал он.

В палате все еще стояли запахи обеда: несвежее сало пыталось перебить компот из перезревших яблок. И капуста. Капустой пахло здесь всегда, даже когда ее не было в меню.

Эми лежала на кровати, уставившись в потолок. От постоянного облизывания у нее пересохли губы. С одной стороны кровати на коленях стояла Перл, с другой – Куини. Они обе держали Эми за руки. Эллен была тронута этим проявлением сострадания.

– Ты очень добра, Перл. Как она?

– Ничего еще не говорила. Помогите мне подняться, пожалуйста. Я знала, что не надо мне вставать на колени на твердом полу.

Эллен взяла Перл за руку и с трудом ее подняла.

– Спасибо, сестра.

– Перл, Куини, теперь я сама посижу с Эми. Вы обе большие молодцы, и я уверена, что Эми очень оценила вашу доброту.

Женщины взялись за руки и засеменили в комнату отдыха.

Эллен погладила Эми по лбу.

– Наверное, ты голодна, ведь ты даже не завтракала?

Ответа не последовало. Эллен смотрела на Эми, и у нее зубы сводило от злости. Эми была лишь жалким подобием той живой, боевой девушки, которую привезли всего несколько недель назад. Дух ее был сломлен, а надежда выбраться отсюда таяла с каждым днем.

– Я… я… хочу увидеть отца, – еле выговорила она тихим срывающимся голосом, словно проглотила клуб дыма.

Эллен наклонилась к ее лицу.

– Я поговорю с врачом, оставь это мне. Белинда, иди посиди с Эми! – крикнула она девушке, лежащей напротив.