Александр Зиновьев - В преддверии рая

Эта проблема давно интригует меня, говорит Однорукий. Чем же все-таки они различаются? Думай, говорит Девица. Над ней многие ломают голову, но пока безуспешно. Ты у меня уже пятидесятый, кто не способен решить ее. А кто был первым, спросила Старая Девица. Первым был секретарь комитета комсомола института, сказала Молодая Девица. Меня рекомендовали в аспирантуру, а от него зависело, быть тому на деле или нет. Он и начал на меня давить. Мне надоело, вот я и сказала ему: ответишь правильно, чем отличается Генсек от гомосека, получишь то, чего добиваешься. Ну и..., спросил Ученик. В аспирантуру я не попала, сказала Молодая Девица. А..., спросил Ученик. А совратил меня мой научный руководитель, сказала Молодая Девица. Я ему дала, а он написал за меня мою дипломную работу, за которую меня и рекомендовали в аспирантуру. Выходит..., сказал Ученик. Выходит, все жертвы напрасны, сказала Молодая Девица. Так..., сказал Ученик. Тут принцип, сказала Молодая Девица. В юности я дала себе слово никогда не спать с комсомольскими и партийными руководителями. А мне как раз везло на партийных деятелей, сказала Старая Девица. Мой второй муж стал секретарем райкома партии, когда я решилась расстаться с ним. Он меня умолял подождать до областной партийной конференции, на которой рассчитывал попасть в Обком. Я была неумолима. Тогда он упрятал меня в сумасшедший дом. Но я ему все-таки отплатила: я написала секретарю Обкома о том, что мой бывший супруг — гомосек, И..., спросил Ученик. Генсеком он уже во всяком случае никогда не будет, сказала Старая Девица. Так все-таки..., спросил Ученик.

Когда я нажимал кнопку звонка в кооперативном доме на окраине города, я ожидал увидеть большую, богато обставленную квартиру зажиточного интеллигента с типичными аксессуарами /полированные гарнитуры, книжные шкафы и полки с нечитанными книгами на многих языках, подсвечники, иконы.../. Но то, что я увидел, обескуражило меня. Малюсенькая двухкомнатная квартирка. Не видно никаких книг и икон. Одна комната — для дочери. А другая /«большая»/ — гостиная, спальня и кабинет одновременно. Насчет кабинета я ошибся: работал Приятель в основном ночью и потому в качестве кабинета использовал кухню. Встретила меня жена Приятеля, а сам он ушел в магазин. Я попросил жену Приятеля показать мне его работы. Посмотреть, чем он занимается. Она вытащила из тумбочки под телевизором несколько книг на английском, французском, немецком и еще каких-то языках и тоненькую потрепанную брошюрку на русском. Но толком посмотреть книги не удалось, пришел сам хозяин.

— Идет очередная кампания против пьянства, и во всей округе невозможно водку купить. А за этой вот дрянью пришлось выстоять дикую очередь. Господи, что за идиоты! И чего они этим добиваются?! Водку же все равно продают из-под прилавка и с черного хода. Только на этом наживаются работники магазинов. Скоро на пенсию, а все привыкнуть не Могу к нашему идиотизму. Извини, пожалуйста! Сам понимаешь! Рад тебя видеть. Выглядишь ты превосходно. Во всяком случае, очень эффектно. Ты, случаем, не йог? Нет? Странно. Сейчас все увлекаются йогой. Во всяком случае, много говорят на эту тему. Рассказывай, как живешь.

— Живу пока, как видишь. Я же простой смертный. Мне нечего рассказывать. Это ты рассказывай.

— Вот, гляди сам. Только никому это тут не нужно. Есть люди /не здесь, конечно/, которые считают, что я сделал переворот в этой области.

— А ты сам как?

— Я знаю ситуацию, тенденции общие, перспективы. Думаю, что кое-что серьезно я сделал. Только все это впустую. Единственный итог — полная изоляция. Сначала мы сильно переживали. Потом привыкли. А сейчас даже довольны, что нас забросили совсем. По крайней мере не дергают. Свою зарплату старшего сотрудника я имею. Мизер, конечно. Но нам хватает. Перспективы? Умрем. Лет через пятьдесят какой-нибудь подонок раскопает мои работы и сделает на этом карьеру. Докажет, что я опередил свое время. В общем, обычная скучная история. А ну их всех к чертям! Лучше выпьем! Давненько не виделись. Как твои-то дела? Было же у тебя что-нибудь значительное за это время! Ты же человек крупный, не то что мы! Давай, выкладывай. Ни за что не поверю, что ничего особенного не было.

А я не смог ничего рассказать.

Самопознание играет существенную роль в развитии общества, говорит Философ. Но это не значит, что общество всегда благосклонно относится к познанию его и поощряет это. В нашем обществе предпринимаются титанические усилия, чтобы помешать этому самопознанию. Армия специально обученных и хорошо оплачиваемых людей систематически занимается искажением нашей и вообще мировой истории, фальсификацией нашей текущей жизни, разработкой и распространением ее ложного понимания. Мощнейший аппарат карательных органов бдительно следит за появлением малейших зародышей научного понимания фактов и законов нашей жизни и беспощадно их искореняет. Нет более тяжкого преступления с точки зрения не только властей и привилегированных слоев населения, но и вообще большинства населения, чем высказывание правды о нашем обществе и стремление постичь его закономерности. Наше общество объективно устроено так, что научное понимание его воспринимается как разоблачение его неприглядной, всеми скрываемой преступной натуры. Общество имеет неограниченные возможности расправиться со всяким, кто дерзнет сказать о нем правду, затрагивающую самую его суть. У нас скорее примирятся с деятельностью,направленной против общества, чем с научным его пониманием, осуществляемым в его же интересах. Самопознание общества есть /по крайней мере, в наших условиях/ глубокая и ожесточенная борьба внутри этого общества. Так что когда вы требуете «больше дела и меньше слов», вы фактически избираете более легкий путь. Насколько мне известно, наша деятельность вообще резюмируется в двух словах. А если вы словами здесь называете научное /т.е. обобщенное и абстрактное/ описание нашей жизни, так пора бы понять, что без этого вся прочая наша деятельность обречена на ничтожно малые результаты или на полный провал.