Александр Ступин - Чёртовы свечи

Или вот ещё, служил игуменом в Волоколамском монастыре Иосиф Санин-Волоцкий [20] Иосиф Волоцкий (1439–1515) — игумен, богослов, критик ересей, призывал к жестокой расправе с еретиками. , который был хорошо осведомлён о практике испанской инквизиции и восторгался её деятельностью. Вот откуда они брали информацию? Только ли из случайных источников? Да и то, что они не скрывали свою заинтересованность испанской практикой, наталкивает на мысль, что контакты могли быть установлены.

— Дай бог память-то, Пётр Первый и соорганизовал её. Сначала Синод Святейший, а потом при нём и инквизиторов назначил. Они и следили за церковными делами и с ересью боролись. А главным инквизитором (протоинквизитором) назначили иеромонаха Пафнутия. Были у него помощники — провинциал-инквизиторы, назначаемые в каждую епархию [21] Инструкция для провинциал-инквизиторов была опубликована в 1721 году в Указах Петра I. Полное собрание законов Российской Империи. Собрание I, т. VI, с. 469. . Кто-то из моих родственников таким провинциальным инквизитором и служил. А потом он не по духовной части пошёл, а в сыск, по уголовной. Но старые связи остались. И по духовным делам он тоже дела вёл. Был такой отдел.

— Первый погибший, о котором вы говорили, припомните фамилию…

— Романовский. Александр Андреевич Романовский, надворный советник.

— Надворный советник по табелю о рангах, это… высокий чин, давал автоматически дворянство… Всем профессорам присваивали этот чин. Значит, Романовский был профессором или подполковником. В «Преступлении и наказании» Пётр Петрович Лужин имел чин надворного советника, а был он адвокатом. Раскольников — Лужин — Романовский… Живая история… И я в ней каким-то боком. Бочком, — произнёс я.

— Что ты говоришь? — спросила меня бабушка Мила.

— Это я уж о другом. Так, что-то XIX век мысли разные навеял…

— И я помню, маленькой была, и почему-то, не знаю уж почему, но в памяти отложилось, рассказывали, что кто-то из наших, из родни, до революции бывал за границей и не раз. И всё по службе. Подарки привозил, о тамошних порядках рассказывал. Может, как раз по тем делам, по «колдовским» и ездил. Если этим занимался сыск, то они получали информацию и от агентов…

— Это понятно, дипломаты, агенты, подкуп судей инквизиции, прямые контакты… Мы можем только предполагать. Постойте, постойте, а как же крестьянские корни и служба родственников в силовых структурах?

— А всего намешалось. Семьи-то большие были, по одиннадцать душ. И крестьянствовали, и служили.

— О вашей семье повести писать. Будь я Андреем Печерским [22] Андрей Печерский (настоящая фамилия Павел Иванович Мельников) (1818–1883) — русский писатель, этнограф. В 1850 году как чиновник по особым поручениям при МВД занимался исследованием и делами старообрядчества. , непременно бы написал. А так только розыск. Вот прочитаю материалы, кое-что ещё узнаем, может быть. Надеюсь, что-то увидим из копий. Плёнки хорошо сохранились, я их легко смогу оцифровать…

— «Оцифровать»?

— Ну перекопирую на более надёжный носитель и смогу читать на компе. На компьютере.

— Ну надо же. Замечательно. Возвращаемся?

— Возвращаемся. Вы к нам?

— Нет. Я к своим. Есть у меня родственники, давно зовут. Вот и свидимся по случаю. А ты прочитаешь документы, я же займусь квартирой. Пусть видят: бабка без жилья, с ума на старости лет сошла… Отвлеку на время на себя внимание. Только не думаю, что надолго.

И она как в воду глядела. События разворачивались с такой скоростью и с таким разнообразием, чего мы даже представить не могли.

К вечеру мы вернулись домой. Я завёз свою напарницу-детектива к родственникам, а сам по дороге заехал в «Ленту», набрал продуктов и поехал домой. Пока ехал, размышлял.

В старые времена о ведьмах и колдунах говорили разное. Официальная церковь опровергала три еретических лжеучения. Одно из них говорило, что чародейства на свете не существует и что оно живёт лишь в воображении людей, которые, не понимая причины природных явлений, объясняли их колдовством ведьм. Другие признавали существование ведьм, но полагали, что они своим колдовством действуют лишь на воображение и фантазию. Третьи утверждали, что чародейство — вообще фантазия, хотя бы дьявол и помогал ведьме.

Первых, тех, кто вовсе отрицал ведьм, богословы, в особенности святой Фома, относили к еретикам в полном смысле этого слова. Фома Аквинат [23] Святой Фома, Фома Аквинский, Фома Аквинат, Томас Аквинат (1225–1274) — итальянский философ, теолог. говорил о противоречии этого лжеучения основным учениям святых и о том, что оно коренится в неверии.