Хелен Брайан - Долина надежды [litres]

Она улыбнулась и приняла ее.

– Ну конечно! Чем скорее вы уедете, тем быстрее вернетесь за мной. И за Венерой, разумеется.

– И за Венерой. – Нечего было и думать о том, чтобы он взял с собой беременную рабыню. Только этого еще не хватало! Он даже улыбнулся столь абсурдной мысли.

– Идем, Венера, – сказала София, подбирая коробочку с красками и стеганое одеяло.

Анри зашагал вслед за Софией и Венерой по заросшей тропинке, что вела от реки через лес. За деревьями вскоре показались расчищенные поля и обветшалый дом, окруженный надворными постройками. На поле трудились рабы, выкорчевывая из земли большой пень. На другом пне стоял надсмотрщик и наблюдал за ними, держа в руке кнут. На поясе у него висели пистолеты, а у ног стоял кувшин – такие обычно используются для домашнего приготовления горячительных напитков. Надсмотрщик сплюнул, сделал долгий глоток и поудобнее перехватил хлыст.

– Эй ты, Сет! – угрожающе крикнул он. – Копай глубже.

Огромный негр выпрямился во весь рост.

– Земля еще твердая, масса. – Но при этом он заработал своей мотыгой куда усерднее.

– И ты, Нотт, – прорычал надсмотрщик, обращаясь к еще одному рабу, который тоже распрямился и теперь потирал спину. – Не вздумай сачковать, иначе я дам тебе попробовать этого хлыста.

София протянула руку и остановила Анри, прежде чем они вышли из-за деревьев.

– Не показывайтесь ему на глаза. Это Макленд, главный надсмотрщик, – негромко проговорила она. – Он настоящее животное, злобное и жестокое. Это ведь он надел клетку на голову Сент-Питеру, а еще, подобно Томасу, охотится на негритянских женщин и девушек. Томасу нет никакого дела до того, от кого рождаются новые рабы, – сердито сказала она. – Про Макленда говорят, что, когда ему не удается заполучить себе рабыню, которая ему нравится, он готов удовлетвориться домашним животным. – Девушка содрогнулась от отвращения. – Он непредсказуем и опасен, особенно когда пьян. И он ненавидит Сета, все время подбивает Томаса продать его. Полагаю, он просто боится его.

За их спинами Венера прошипела нечто нечленораздельное, что можно было принять за выражение согласия или проклятие. Анри быстро обернулся и успел заметить, как в глазах Венеры вспыхнула ненависть. Но в следующий миг рабыня постаралась придать своему лицу непроницаемое выражение.

– Вон в том амбаре, – негромко заговорила София, – держат коров. И там же стоят фургоны. А рядом – конюшня. – Она показала на полуразрушенное здание, находившееся в центре грязного скотного двора, к которому приткнулся хлев. Какая-то рабыня неспешно брела от дома к утопающей в грязи постройке, напомнившей Анри курятник. – Помещения для рабов, – прошептала София. – У надсмотрщиков есть ключ, и на ночь они запирают их там, за исключением приглянувшихся им нескольких несчастных женщин. А Венеру я оставляю на ночь с собой, и мы подпираем дверь сундуком.

Макленд закричал что-то, глядя в сторону дома:

– Лейзер! Лейзер ! А ну-ка, бегом сюда! У нас тут Сет хочет попробовать кнута, да и Нотт тоже. Если мы не посадим табак к возвращению де Болдена, он сократит нам жалованье.

– Нет, масса, мы работаем, – наперебой загомонили рабы.

Но тут из дома донесся крик, и на пороге показался молодой мужчина. Шляпа на голове у него сидела набекрень, он слепо шарил рукой в поисках свернутого хлыста, висевшего у него на поясе, и нетвердо стоял на ногах.

– Это второй надсмотрщик, Лейзер. Когда Томаса нет, они совершенно бесцеремонно обращаются с его ромом, после чего перед возвращением хозяина разбавляют напиток водой. Томас знает об этом, но, поскольку с рабами они обходятся жестоко, обеспечивая выполнение работы, он смотрит на их шалости сквозь пальцы, – сказала София.

Лейзер, конечно, был пьян, но вот он резко взмахнул рукой, и до них донесся громкий щелчок сыромятного кнута, за которым последовал крик боли Сета, который повалился на землю, закрывая руками голову. Вновь свистнул кнут, а потом еще раз, и еще. Лейзер свернул хлыст в кольцо. Поддернув штаны, он сильно ударил Сета пару раз ногой. Затем, обернувшись, стегнул хлыстом Нотта, после чего, пошатываясь, направился в дом. Загремели кандалы, и раб по имени Мешак, скованный, как теперь разглядел Анри, одной цепью с Сетом, помог тому подняться на ноги.

– Ох, Сет, – прошептала Венера. Анри обернулся, чтобы взглянуть на нее, и невольно отступил на шаг. Прищурившись, она смотрела на Лейзера. – Дьявол заберет его с собой в ад, где ему самое место. Он умрет страшной смертью. Я вижу, как это будет… – негромко проговорила рабыня. – Он откроет глаза и увидит, что за ним пришла Смерть, а за ее спиной стоит дьявол. Я знаю. Я все вижу.