Хелен Брайан - Долина надежды [litres]

Наконец, когда еще более приукрасить свой наряд стало решительно невозможно, на улицах, залитых светом факелов, появились первые экипажи и портшезы, в которых восседали сливки виргинского общества. К ним незамедлительно присоединились и другие, направляясь к губернаторскому дворцу. В этой толпе никто не ждал предстоящего бала с бóльшим нетерпением, чем двадцатидвухлетний полковник Джордж Вашингтон, недавно повышенный в должности до командира виргинской народной милиции. Он надел новую батистовую сорочку, бархатный жилет и мужские бальные туфли, доставленные из Англии. Каким-то непостижимым образом туфли оказались не того размера: они были слишком тесными для его крупных ступней, хотя своим английским агентам он отправил результаты тщательно и самолично проведенных обмеров. Но теперь с этим уже ничего нельзя было поделать, и ему придется танцевать, невзирая на боль в сдавленных ногах. Полковник Вашингтон любил танцы почти так же сильно, как и верховую охоту на лис, а на балу будут во множестве присутствовать симпатичные девушки, с которыми можно вволю потанцевать. Не исключено, что он найдет среди них будущую жену – девушку, которая принесет с собой деньги и рабов в Маунт-Вернон. Вот только она должна быть еще и красавицей – ему нравились смазливые мордашки, – а также уравновешенной, с нежным голоском, который так приятно слушать во время завтрака. Впрочем, помимо флирта, сегодня вечером ему предстояла еще одна задача. Он должен исхитриться и вернуть себе расположение губернатора после того, как нечаянно разжег едва тлевший спор между англичанами и французами по поводу американских территорий к западу от Огайо. Полковника Вашингтона, отправленного с важной дипломатической миссией на переговоры с французами, тихой сапой захватывающими английские территории, подвела неопытность: он растерялся и повел своих людей в атаку, когда его проводники-индейцы обстреляли небольшой французский форт еще до того, как переговоры успели начаться. В результате высокопоставленный французский посланник был убит. Одни говорили, что его прикончили томагавком индейцы-проводники Вашингтона, другие – что он погиб от шальной пули. Но миссия завершилась провалом, породив тот самый политический кризис, которого Англия стремилась избежать любой ценой. Губернатор пришел в ярость. И сейчас полковник Вашингтон благодарил судьбу уже за то, что гнев губернатора был не настолько силен, чтобы помешать ему прислать приглашение на Именинный бал.

Несмотря на то что официально высокий молодой полковник пребывал в опале, он стал героем в колонии. Французов и их союзников-индейцев здесь ненавидели лютой ненавистью. Французы подбивали индейцев нападать на английские поселения в удаленных северных и западных уголках колонии, сжигать дома, амбары и урожай, забивать скот, а иногда и захватывать в плен женщин и детей ради выкупа или продажи в рабство. Случалось, что целые семьи англичан были вырезаны подчистую, а с убитых индейцы снимали скальпы, за которые французы платили звонкой монетой. Большинство колонистов втайне жалели о том, что полковник Вашингтон не перестрелял всех французов до единого, когда ему представилась такая возможность.

И сегодня, когда он лавировал на своем гнедом жеребце в потоке экипажей и портшезов, люди махали ему руками и приветствовали радостными криками. Вашингтон в знак признательности галантно приподнимал шляпу и раскланивался с дамами.

Восхитительно элегантный молодой человек в портшезе, который несли двое белых оборванцев, вытянул шею, стараясь получше разглядеть проезжавшего мимо героя. Стремя полковника Вашингтона оцарапало дверцу портшеза. Молодой человек с улыбкой откинулся на спинку сиденья и прикоснулся к черной мушке, украшавшей его слегка нарумяненную щеку.

В самом конце Дворцовой улицы возвышался особняк губернатора, и симпатичная башенка на его крыше, известная как фонарь, мягко светилась в сумерках. Перед дворцом экипажи один за другим вклинивались в толпу, стремясь занять самое выгодное место на круговой подъездной аллее. Мужчины в вельветовых панталонах и украшенных вышивкой жилетах, с напудренными волосами бросались к своим женщинам, чтобы помочь тем сойти по ступенькам экипажей на землю. Дамы высоко приподнимали юбки и шлейфы своих платьев, дабы не запачкать их, при этом выставляя напоказ шелковые чулки и атласные и камчатные туфельки на высоком каблуке без задника, сверкающие бриллиантовыми пряжками.