Джоан Рамос - Ферма [litres]

Ата действительно любит малышку.

Она кладет Амалию на стол, сует ей в руку игрушку и указывает на портрет Джейн на стене.

– Ма-ма, – говорит Ата, снимая мокрый подгузник.

Она все еще на нервах после нелегкого разговора. Но она знает, что мало-помалу это пройдет.

Ата вытирает ягодицы Амалии, смазывает кремом – не забыть бы зайти в аптеку, тюбик почти пустой – и застегивает новый подгузник на талии девочки. Прежде чем стянуть с Амалии рубашку, Ата утыкается носом ей в живот, так что Амалия визжит от восторга.

По правде сказать, Ата никогда не лгала Джейн. Она была осторожна. Ата действительно считает, что «Золотые дубы» прекрасная возможность поправить дела. Она действительно помогла Сегундине, которой так не везло в последнее время. Конечно, это лишь часть истории. Ата никогда не говорила Джейн, что госпожа Ю платит за помощь в поиске хост. Не только из-за договора о неразглашении, который Ата подписала, но и потому, что Джейн ее не поймет. Она простодушна, во всем видит только одну сторону, тогда как их всегда две. Джейн подумает, добрые дела Аты – а они действительно добрые, ведь «Золотые дубы» изменят жизнь Джейн и Амалии, а еще Сегундины – нечестны, потому что Ата тоже зарабатывает деньги. Но почему должно быть иначе? Если поступок хороший, то разве он станет плохим лишь оттого, что приносит пользу и Ате?

– Нет, нет, нет, – напевает Ата Амалии, которая заскучала и теперь просится на руки. – То, что хорошо для тебя и хорошо для меня, это хорошо, хорошо, хорошо.

Ата поднимает Амалию и несет на кухню. Она наливает молоко в одну из чистых бутылочек, стоящих на сушилке, и садится за кухонный стол, посадив Амалию на колени. Та тянется к бутылочке, и Ата позволяет ее взять. Соска дрожит, качается и не попадает в рот. Ата смеется:

– Я помогу тебе, Мали.

Она кладет на бледные гладкие ручки Амалии свои коричневые с синими прожилками ладони, и они вместе подносят бутылку к губам девочки.

Телефон Аты вибрирует. На экране появляется изображение молодой филиппинки, дочери одной из домработниц в Форест-Хиллс. Ата считает, что она подойдет для госпожи Ю. Трудно сказать. До Джейн Ата отправила госпоже Ю несколько девушек, и все были отвергнуты. Госпожа Ю не объяснила почему. Ата даже не рассматривала Джейн в качестве кандидатки для «Золотых дубов», пока ту не уволили Картеры. Бедняжка была в отчаянии – как бы она смогла получить другую работу няни без рекомендации? На какие средства она стала бы кормить Амалию?

Похоже, было и к лучшему, что первой успешной кандидатурой, рекомендованной Атой, стала Джейн. Ата может следить за ней и давать госпоже Ю всю необходимую информацию, чтобы дела у Джейн шли гладко. Ата считает, что заслуживает доверия. Должно быть, госпожа Ю учла это, когда взяла Сегундину. Если Ата проявит себя с лучшей стороны перед госпожой Ю, если Джейн и Сегундина родят хороших детей, это может положить начало стабильному сотрудничеству с «Золотыми дубами», доход станет постоянным, и она сможет сосредоточиться на Рое.

Ата отвечает на телефонный звонок, чувствуя укол вины – мать девушки мечтает о том, чтобы ее дочь поступила в колледж. Но девчонка ленива, интересуется модной одеждой и мальчиками, а не книгами. В течение нескольких недель Ата после церкви намекала ей о работе, приносящей большие деньги и подходящей для всех, кто умеет держать язык за зубами. Мало-помалу Ата присматривается, не подойдет ли эта девушка для ее целей.

Она может пойти в колледж позже – и тогда заплатит за учебу сама.

Глаза Мэй закрыты. Она представляет себя на бейсбольной площадке. Нужно выполнить подачу, принимать которую будет Леон. Через тридцать минут Мэй представит ему проект «Макдональд». Новый день полон возможностей. Правда, начался он не слишком удачно, однако все еще можно поправить. Просто следует продолжать двигаться, вверх и вперед.

Конечно, Мэй представляла себе столь важный день иначе. Она собиралась проснуться пораньше, быстро пробежаться вокруг озера, а затем, после легкого завтрака (черный кофе, яйца-пашот), бодрой походкой пройти через Центральный парк до клуба «Холлоуэй». Вместо этого Мэй провела ночь на слишком мягкой кровати в чужой пижаме в дорогом отеле рядом с «Золотыми дубами», где часто принимает приезжих гостей. Дерьмовая история, начавшаяся вчера после обеда, окончилась уже глубоко за полночь. Одетые в черное охранники неотступно следили за Хулио, пока он паковал чемоданы, хосты, выстроившиеся в коридоре, выразительно молчали, а лицо Лайзы, когда у нее брали мазки и кровь на анализы, было застывшее.