Джоан Рамос - Ферма [litres]

Госпожа Ю просто пытается ее напугать.

Рейган и Лайза говорят, она таким способом стремится поработить ее волю. Заставляя бояться.

– …и если клиент решит пойти по этому пути, посчитав побег похищением, что ж, тогда…

Но Рейган и Лайза не знают всего. Они даже не подумали о такой возможности – о том, что их план может подвергнуть опасности Амалию. Они придумали его так быстро, всего через несколько часов после того, как госпожа Ю пригласила Джейн на спектакль. Рейган настаивала, что для Джейн это шанс, возможно, единственный шанс найти Амалию. Они слишком торопились, чтобы предусмотреть все. Они были убеждены, что фильм…

– Но есть же фильм, – слышит она собственный голос, пугающе спокойный.

Глаза госпожи Ю на полсекунды расширяются.

– Фильм. О, да. Я его получила. Он довольно красив, нельзя не признать. Жаль, я не знаю человека, который его прислал, и не могу поздравить его с несомненным успехом.

Джейн не осмеливается взглянуть госпоже Ю в глаза.

– Как вы думаете, Джейн, какова его цель?

Госпожа Ю улыбается, и ее голос сохраняет внешнее дружелюбие, но в нем ощущается и нечто другое, стальное и холодное.

Джейн вытирает руки о юбку.

– В конце фильма упоминаются сайты, социальные сети, Ютуб. Это и есть план? Отправить кадры из жизни «Золотых дубов» гулять по сети? Чтобы, так сказать, «разоблачить» нас?

Госпожа Ю больше не улыбается. Ее лицо выглядит пугающе. Джейн не следовало упоминать о видео. Ей не следовало слушать Рейган и Лайзу.

– Или план в том, чтобы обнародовать имена клиентов? Шантажировать их?

– Нет! – восклицает Джейн, потрясенная тем, что госпожа Ю могла о ней так подумать. – Нет, они не говорили ничего подобного…

– Кто они ? – ловит ее на слове госпожа Ю.

Джейн энергично качает головой и закрывает глаза, чувствуя влагу на ресницах.

– Кто вас подговорил, Джейн? Такое на вас не похоже. И, скорей всего, это не Рейган, хотя и она явно замешана. Или все затеял какой-то человек со стороны?

Джейн по-прежнему качает головой, отказываясь открыть глаза. Что она натворила?

– Вы снова собираетесь взять вину на себя, да, Джейн? Как вы поступили с клещом, когда виновата была Лайза? Как вы поступили со своим мужем, взвалив на себя тяжесть развода – все расходы, воспитание дочери?

Джейн даже не пытается вытереть глаза.

– Вы этого не заслуживаете, Джейн. Нельзя всегда быть той, кто дает, дает и дает. И никогда не получает того, чего достойна. Это просто несправедливо.

Госпожа Ю протягивает Джейн бумажную салфетку.

– Подумайте о матери ребенка, которого носите, – тихо произносит госпожа Ю. – Потому что не так важно, кто придумал этот план. Важнее, чтобы вы поняли, почему случившееся было так опасно.

Джейн сморкается и чувствует, как госпожа Ю изучающе глядит на нее.

– Вы представляете, каково не знать, где твой ребенок? – спрашивает госпожа Ю. – А ведь сегодня вечером вы заставили мать пройти именно через это. В течение нескольких часов она понятия не имела, находится ли ее ребенок в руках человека заботливого или кого-то эгоистичного и, возможно, опасного.

Госпожа Ю делает паузу. Руки Джейн начинают дрожать, и она сжимает их в кулаки. Неужели у нее могут забрать Амалию?

– Представьте себе, – продолжает госпожа Ю, – что вы не имеете ни малейшего представления о том, ранен твой ребенок, болен или находится в серьезной опасности. Вы хоть представляете, как это больно для матери, которая его тебе доверила? Как это больно – не знать ?

Рыдания подступают к горлу Джейн. Она подавляет их или, во всяком случае, пытается это сделать. Она слышит, как говорит:

– Конечно, я представляю.

– Вот как?

Госпожа Ю смотрит на нее, не двигаясь с места. Госпожа Ю ей не верит.

– А почему еще я здесь? – выкрикивает Джейн и чувствует, будто что-то внутри ее лопается.

Госпожа Ю пожимает узкими плечами, слегка приподнимая их под жакетом цвета слоновой кости.

– Это не имеет смысла, Джейн. Я уже обещала вам, что устрою приезд вашей дочери. Девочка в хороших руках. Вы сами знаете, что о ней заботится ваша двоюродная сестра.

– Моя сестра умирает, – выпаливает Джейн, сдаваясь и не заботясь о том, что госпожа Ю видит ее опухшее лицо, мокрое и уродливое.

Она смотрит на холодильник. Там висят фотографии Амалии, прижатые магнитами, календарь из ближайшей прачечной-автомата, на нем нацарапаны рукой Аты дата приема врача и назначения, а также желтая медицинская листовка с заголовком «Опасные признаки сердечного приступа».