Джоан Рамос - Ферма [litres]

Сердце Мэй замирает. Она пересылает сообщение Леону и Джери и встает, чтобы найти ванную комнату. Она так набита всяким хламом – стопками пеленок, рулонами туалетной бумаги, фритюрницей в коробке, – что трудно открыть дверь.

Мэй вздыхает и отодвигает коробки, чтобы освободить себе место перед раковиной. Она не может поверить, что люди живут вот так. Конечно, Эвелин не казалась такой неряшливой, когда Мэй проводила с ней собеседование перед тем, как взять ее на должность скаута.

Мэй моет руки, а потом брызгает водой на лицо, стараясь не размазать подводку, которая пока держится хорошо. Наклонившись к зеркалу, она пудрит лоб, чтобы убрать жирный блеск, и начинает красить губы.

Это новый цвет. «Восход солнца». Продавщица в магазине «Шанель» сказала, он подойдет.

Она думает использовать эту помаду в день свадьбы.

Джейн, подходя к входной двери своего дома, чувствует, что Трой наблюдает за ней. Он припарковался перед пожарным гидрантом, двигатель выключен, окна опущены. Он сказал, что подождет ее, а потом они должны будут вернуться на ферму.

– Но не торопись. Ты заслуживаешь того, чтобы насладиться общением с дочерью, – сказал он почти нежно.

Глаза Джейн, конечно же, наполнились слезами. Трой держал в руке телефон с включенной камерой, даже не скрывая этого, но Джейн было все равно.

У Джейн нет ключей. На ферме их забрали в первый же день, вместе с мобильником и кошельком. «Для сохранности», – объяснили ей тогда. Джейн нажимает кнопку звонка своей квартиры и прислушивается к знакомому гудку. Следует долгое молчание, а потому Джейн с замиранием сердца поворачивается к машине и качает головой. Но Трой смотрит вниз, на свои колени. Вероятно, редактирует видео на телефоне.

Джейн снова нажимает на кнопку и наклоняется к переговорному устройству:

– Энджел, ты здесь? Это Джейн!

Раздается треск, за которым следует долгое гортанное гудение. Входная дверь со щелчком открывается. Джейн с облегчением входит в подъезд, вдыхая знакомый запах плесени и еды. До́ма.

Амалия всего на три пролета лестницы выше того места, где стоит Джейн. Она уже должна лечь в постель – если бы Ата оставалась за главную, дочь уже бы спала, – но Джейн не знает правил, установленных Энджел. Может, она разрешает Амалии ложиться поздно и перед этим смотреть телевизор. Если Амалия не спит даже так поздно, Джейн не рассердится. Амалия оторвется от своих дел, увидит в дверях маму и сломя голову бросится ей в объятия.

А может, она оробеет и спрячется за ноги Энджел, когда увидит мать. Но и в этом случае Джейн не должна обижаться. Понятно, что Амалия проявит настороженность, ведь она была совсем крохой, когда Джейн оставила ее, уехав на ферму.

У Джейн в горле встает комок от нервозности, которой она не ожидала.

Она должна была привезти Амалии подарок. Эта мысль вдруг всплывает и не дает покоя. Трой одолжил бы немного денег. Совсем небольшой подарок. Лишь бы что-то вручить.

Джейн моргает от разочарования, но расправляет плечи. Время для подарков придет позже.

Она начинает долгий подъем, схватившись одной рукой за живот, а другой цепляясь за перила. Она обращает внимание на то, какие грязные на лестнице стены, в какой болезненно-желтый цвет они выкрашены. Раньше она не замечала, насколько запущено здание.

Перед дверью своей квартиры Джейн останавливается. Она вытирает ноги о коврик, который Ата купила в подарок на новоселье. При мысли о двоюродной сестре у Джейн начинает сосать под ложечкой. Понимает ли Амалия, как серьезно больна Ата? Чувствовала ли она себя одинокой без нее и без Джейн?

Она силится выдавить улыбку и стучит в дверь.

– Привет, Джейн.

Это госпожа Ю. Госпожа Ю только что открыла дверь, ведущую в квартиру Джейн.

Джейн закрывает глаза и снова открывает их, но госпожа Ю все еще перед ней: рука лежит на дверной ручке, розовые губы улыбаются.

– Входите, Джейн, – говорит госпожа Ю, открывая дверь шире и отступая в сторону, чтобы впустить хозяйку квартиры.

Джейн колеблется. Это что, ошибка? Ловушка?

Но вот они, зеленый ковер и вешалка для одежды, которая опрокидывается, если ее не уравновесить, поместив куртки с обеих сторон. И вот холодильник, который гудит ночью громче, чем днем.

– Я попросила Энджел пойти погулять с Амалией ненадолго, – говорит госпожа Ю. – Мы подумали, так будет лучше. Одни мы сможем говорить более свободно.

Мы .

Неужто Энджел тоже работает на госпожу Ю?