Джоан Рамос - Ферма [litres]

Она посылает Джери сообщение с пометкой «строго конфиденциально», в котором излагает свою теорию.

«Нужно выяснить, и насколько можно скорее, – подытоживает Мэй, – как справиться с нервным срывом беременной и представляет ли он опасность для нее самой или плода».

Она откидывается на спинку сиденья, чувствуя беспокойство. Телефон пищит. Джери согласна с Мэй, что произошел какой-то «надлом», но она уверена, что Джейн не представляет угрозы для ребенка. Она также соглашается: Джейн не тот человек, который может сам такое спланировать. Побег явно затеял кто-то другой.

Но кто?

И как Мэй проглядела бесконечное отчаяние Джейн?

Мэй тяжело вздыхает и смотрит в окно, на свое отражение в стекле. Это ее вина. Она потеряла бдительность – слишком поглощенная своей свадьбой и проектом «Макдональд».

Мэй летит вперед и ударяется о спинку переднего кресла, когда водитель снова нажимает на тормоза, стремясь избежать столкновения с такси, которое свернуло на крайнюю полосу, чтобы забрать пассажира.

– Вот засранец! – восклицает Мэй.

Ее водитель все так же мягко улыбается ей в зеркало.

Машина начинает двигаться. Координатор наклоняется вперед и что-то шепчет Хэлу. Вопрос о том, кто спланировал побег, не дает Мэй покоя, и она вдруг начинает злиться на Рейган, которая наверняка знает больше, чем говорит. Мэй звонит Джери и велит как следует надавить на Рейган.

– Привлеките координаторов… и Трейси тоже.

Телефон Мэй снова пиликает. Звонит Фиона из юридического отдела. Она исследует вопрос, считается ли в штате Нью-Йорк вынашиваемый матерью плод «человеком» в юридическом смысле слова. Если нет, то Джейн и «Золотые дубы» не могут быть признаны виновными в похищении.

Таким образом, вина окажется смягчена.

Мэй раздраженно вздыхает. Адвокаты. Независимо от того, смягчена вина или нет, с инвестициями мадам Дэн придется проститься, если они не найдут Джейн как можно скорее.

– Почти приехали! – объявляет водитель с торжествующей ноткой в голосе.

Квартал невзрачный. Здания невысокие и без архитектурных излишеств, с множеством магазинов, занимающих первые этажи, – винные погребки, прачечная самообслуживания, касса для обналичивания чеков. Металлические жалюзи на темных окнах опущены, за исключением магазина куриных крылышек, который открыт, мигает неоновыми зелеными огоньками, и вокруг него суетится народ.

Машина подъезжает к тротуару. Мэй просит Хэла подождать снаружи и не высовываться, чтобы Джейн не испугалась. Координатору она велит следовать за собой и на всякий случай снимать все на видео. Всегда лучше иметь слишком много информации, чем чересчур мало.

Проходит семья – женщина толкает коляску, мужчина тащит за собой маленького ребенка в одних трусиках. Две женщины в коротких топах и с яркой помадой на губах стоят, уставившись в мобильный телефон.

Мэй шагает к дому Джейн, поднимается на крыльцо и нажимает на домофоне кнопку ее квартиры. Она называет себя боссом Джейн. Женский голос с акцентом бормочет «о’кей», раздается щелчок, и входная дверь парадной открывается.

В вестибюле пыльно, жарко и пахнет несвежей едой. На полу лежит детская шляпка от солнца, розовая с кисточками, и Мэй кладет ее в карман, потому что она может принадлежать Амалии. Пригодится, чтобы начать разговор.

Координатор идет прямо за ней. Она улыбается Мэй:

– Все уладится!

Мэй теребит в кармане розовую шляпку. Бедная Джейн.

Она поворачивается к лестнице и начинает подниматься.

В руку Рейган воткнута игла капельницы. Ее глаза закрыты, и она слушает, как две женщины говорят о Джейн. Группа работников охраны обнаружила «Уэллбэнд», но саму восемьдесят четвертую все еще не нашли. Где она может быть?

Рейган едва сдерживает улыбку, которая грозит расползтись по лицу.

Предполагается, что она без сознания. Под больничной простыней она скрещивает пальцы.

Давай, Джейн. Давай!

Открывается дверь. Шум в коридоре усиливается, затем стихает. Приближаются чьи-то шаги. Кто-то наклоняется над ней, нависает. Рейган остается неподвижной. Шаги удаляются, и женщины продолжают беседу. Одна из них говорит ясным, уверенным голосом, что вызвана полиция, потому что это похищение. Джейн Рейес похитила ребенка миллиардерши.

Рейган открывает веки и на мгновение чувствует себя ослепшей. Свет. Она поворачивает голову, защищаясь, но это движение оказывается слишком резким. Рейган зажмуривается, но уже слишком поздно.