Лана Барсукова - Счастье ходит босиком

– Интересуются, значит, – довольно сказал хозяин, – а Гошино слово завсегда весомым было. Я, блядь, пардон, зону держал, у меня вохровцы совета просили, не брезговали. – Мужчина шумно поскреб по кадыку. Татуировка на пальцах сложилась в «Катю», по букве на каждый палец.

– Укажите ваше семейное положение: женат, холост, вдовец?

– А тебе зачем?

– Это вопрос анкеты.

– Они бы еще про детей спросили, сколько их у меня. Фиг его знает.

Согласно инструкции, Людмила Ивановна повторила вопрос:

– Пожалуйста, укажите ваше семейное положение: женат, холост, вдовец?

– Пиши вдовец. Потому как для меня Нюрка все равно что умерла. Нет ее для меня более. Вот ведь сука, пардон! – Он поскреб кадык другой рукой. На пальцах синие буквы сложились в «Нюру».

Согласно инструкции был зафиксирован ответ «вдовец», и анкетный опрос покатился дальше.

– Как часто вы потребляете алкогольные напитки? По выходным, по праздникам, или ни разу не пили в течение года?

– По праздникам, – однозначно ответил хозяин, дыша перегаром.

Людмила Ивановна, вздохнув, обвела соответствующий ответ в анкете. Так страна обогатилась еще одним умеренно пьющим вдовцом.

Но не удержалась:

– А на днях какой праздник был?

– Ты че, на понт берешь? Никакого праздника, не путай меня.

– Так вы же пили.

– Какой пил? Пил, это когда меня Нюрка из дома гонит, сука, пардон, а тут я на своей кухне, все чин-чинарем, с друзьями… Ты меня че, за алкаша держишь? – в его голосе послышалась обида.

– Следующий вопрос, – ушла от ответа Людмила Ивановна, – про потребление мясных продуктов. Сколько килограммов мяса вы потребляете в течение недели?

– Котят считать? – уточнил респондент.

– Каких котят? – оторопела Людмила Ивановна.

– Обыкновенных. Которые в пирожках.

– В каких пирожках? – растерялась Людмила Ивановна.

– Которые на вокзале продают. Я там одну точку держу, беру себе, когда жрать хочется. Хотя животных люблю, собак особенно, только овчарок ссученных не уважаю. Так считать?

– Считать, – сдалась Людмила Ивановна.

Хозяин замолчал, сосредоточенно вглядываясь в даль. Он шевелил губами и что-то бормотал, пыхтел и сопел и наконец выдал ответ:

– А фиг его знает.

Людмила Ивановна обвела вариант «затрудняюсь с ответом».

– Теперь аналогичный вопрос про рыбу. Сколько килограммов рыбы вы потребляете в течение недели?

– Это легко! – обрадовался Гоша. – На бутылку идет примерно три банки кильки. Как-то четыре взяли, так Петька блеванул, не фиг обжираться. Получается, в неделю банок десять кильки уходит и еще столько же бычков в томате.

– Так вы же только по праздникам выпиваете, – ехидно напомнила Людмила Ивановна, – значит, и кильку только по праздникам покупать должны. Вы же сами только что сказали, что кильку к бутылке берете.

Гоша понял, что его подловили.

– Не-е-е, начальник, – он хитро сощурился, – к бутылке-то да. Но к какой? Как поставлю на стол кефирную бутылку, так сразу кильку открываю и друзей зову. Я же не язвенник кефиром в одиночку баловаться. – И он шумно загоготал.

Людмила Ивановна обвела ответ «менее 1 кг».

Дальше шли вопросы про икру и мясные деликатесы. Гоша реагировал матом, не забывая поминутно вставлять «пардон». В анкете множились «затрудняюсь с ответом».

Анкета была заполнена только наполовину, когда хлопнула входная дверь и в коридоре раздались звуки. На кухню вошла высокая женщина ковбойской наружности.

– Нюра, это не то, что ты подумала, – совсем по-киношному сказал Гоша.

У Людмилы Ивановны похолодело внутри – воскресшая Нюра смотрелась угрожающе.

– Мы проводим социологический опрос, – попыталась защититься Людмила Ивановна. Голос ее предательски дрогнул.

– Опрос, значит? Совсем страх потеряли! – Нюра свирепо двинулась вперед. – Прямо у меня дома! Вот стерва!

– Нюрка, не трожь ее, – кинулся на выручку Гоша. – Ее товарищи от Путина прислали спросить мое мнение.

– От Путина? – Женщина тихо охнула и присела на табуретку, заботливо подставленную под ее крепкий зад Гошей.

– А то! Покажи ей анкету! – велел он Людмиле Ивановне.

Та с готовностью потрясла толстой стопкой скрепленных листков.

– Зачем ты Путину нужен? – с сомнением покачала головой Нюра.

– Зачем? Дура ты, Нюрка, – приосанился Гоша. – Его ж там одни фраера окружают, к тому же ссученные. Стукачи и петухи! Пардон, конечно. А тут человек с жизненным опытом, с трезвым взглядом со стороны, – при упоминании трезвого взгляда Гоша немного смутился и закончил с вызовом: – На таких, как я, вся Россия держится.