Камен Калчев - Генеральная проверка

«…Подойдя к условленному месту, лодка устремилась к берегу и остановилась у скал, которых здесь так много.

Мы попрыгали в воду и вышли на берег, а лодка быстро отошла в море. Сразу же послали связного в Варну с заданием организовать наше перебазирование в город и устройство на квартиры. Только во второй половине дня прибыл Георгий Желязков с товарищем. Георгий должен был отвести меня в город и устроить на квартиру, другому товарищу предстояло позаботиться о моих спутниках.

Но это было позже, а пока мы ждали связного, нам встретился один старый товарищ, работавший учителем в ближнем селе. Я расспросил его о событиях 9 июня. Он был очевидцем и непосредственным участником развернувшейся в этот и последующие дни борьбы. Его рассказ подтвердил все мои опасения и тревоги. Он нарисовал мне картину настоящего народного восстания против путчистов.

Крестьяне в окрестностях Варны и Провадии, встревоженные переворотом, поднялись и, вооружившись кто чем мог, направились к этим городам, захватили железнодорожную станцию Гебедже. В рядах повстанцев плечом к плечу шли тысячи коммунистов и членов Земледельческого союза. Расположенная неподалеку от Гебедже батарея береговой артиллерии была брошена прислугой и оказалась в руках повстанцев. 11 июня грозная народная волна с юга подкатилась к Варне. Восстали и села, расположенные к северу от города.

К сожалению, эта взбунтовавшаяся, готовая к действиям масса людей была неорганизованной, лишенной руководства. Никто не знал ни истинного положения в стране, ни того, что надо делать. У повстанцев не было даже четкого и ясного лозунга. Перепуганные путчисты послали к повстанцам парламентеров из Варны для переговоров. Повстанцам сказали, что во всей Болгарии царит спокойствие и им следует подобру-поздорову разойтись. Не имея никаких сведений о положении в других районах страны, лишенные руководства, крестьяне стали колебаться и, ругая на чем свет стоит свои организации и руководителей, разочарованные, начали расходиться по домам».

Далее Васил Коларов рассказывает:

«…Мы с Георгием Желязковым направились в город. Его рассказ о том, что произошло в Варне, подтвердил правильность слов учителя. Как оказалось, варненские главари Народного сговора, узнав о перевороте в Софии, не решились сразу же захватить власть в городе, опасаясь коммунистов, которые пользовались, в Варне огромным влиянием и руководили общиной. Местный комитет партии, несмотря на различие мнений по этому вопросу среди его членов, приступил к подготовке действий на случай выступления путчистов. Но в это время прибыло указание от Центрального Комитета не вмешиваться в борьбу за власть между путчистами и земледельческим правительством. Эта позиция Центрального Комитета выбила из-под ног почву у членов Варненского комитета. Узнав об этом, варненские реакционеры набрались храбрости и захватили власть в городе. Разумеется, поведение членов партийной организации Варны сказалось на настроении партийных групп во всем районе.

— Каково сейчас положение в Варне?

— Все спокойно, волнения кончились. Путчисты торжествуют победу.

— А каково отношение новых властей к нашей партийной организации?

— Они еще боятся показывать когти, но уже начинают устраивать провокации и ищут возможности нанести нам удар. Мы чувствуем, что они в любой момент готовы наброситься на нас.

— А каково настроение наших партийных товарищей и рабочих масс в Варне?

— Настроение неважное. Все понимают, что мы поступили неправильно. Есть признаки разочарования. Несмотря на то что вера партийных организаций и масс в Центральный Комитет продолжает оставаться крепкой, все же замечаются признаки сомнения, недоверия. Правда, никто еще не выступил открыто с критикой линии партии во время этих событий.

Мы по мосту перешли канал и вступили в город. Желязков шел немного впереди, я на расстоянии следовал за ним. В темных очках, с перекинутым через руку летним пальто и со свернутыми в трубку нотами, которые принес Желязков, я вполне мог сойти за учителя музыки. При встрече с прохожими я прикрывал лицо платком, делая вид, что меня мучает кашель. Мы вышли на главную улицу, ведущую к Приморскому парку. На ней было полно народу. Мужчины и женщины, юноши и девушки, празднично одетые, шли по улице, весело смеясь и разговаривая. В Приморском парке играл оркестр. Ничто не напоминало о том, что всего две недели назад здесь произошел фашистский переворот. Впереди я заметил группу наших партийных товарищей. Оживленно разговаривая, они беззаботно прогуливались.