Камен Калчев - Генеральная проверка

Луканов встал и, подходя к карте, сказал:

— Да, если верить слухам, это Плевен… Значит, наш Халачев начал там революцию…

Он поправил пенсне и нагнулся, чтобы получше рассмотреть обозначенный сдвоенным кружком город в центре Придунайской равнины. В эту минуту в кабинет вошел генерал. Настроение у него было приподнятое. Он стремительно направился к гостю и чуть ли не обнял его. Выразил удовольствие, что видит его в добром здравии, Луканов сдержанно подал генералу руку, не выпуская из другой зонтик, готовый в любой момент покинуть кабинет.

— Почему не присядете? Зонтик можете повесить на вешалку.

— Благодарю, господин генерал. Я не собираюсь здесь долго засиживаться.

— Выпейте хотя бы чашечку кофе… Поручик, кофе господину Луканову!.. И все же как ваше здоровье, в порядке?

— Да.

— Я тоже здоров, но ужасно много работы. И днем и ночью. Прямо как на фронте. Одно дело — быть в оппозиции, и совсем другое — у власти, господин Луканов!

Он хотел было рассмеяться, но серьезный, сдержанный вид посетителя удержал его от этого. Он лишь усмехнулся и пододвинул свой стул поближе к гостю, и тот снова сел.

Они обменялись еще несколькими ничего не значащими фразами о погоде и здоровье. В это время в кабинет через боковую дверь вошли еще двое — профессор и журналист. Для Луканова их приход был полной неожиданностью. Он не ожидал такой встречи, не был готов к ней. Вошедшие поздоровались и сели напротив него. Их разделял лишь низкий круглый столик, на котором стояли чашка кофе и стакан холодной воды.

Как человек более искушенный в дипломатии, первым начал разговор Александр Цанков:

— Господин Луканов, мы пригласили вас по очень важному и неотложному вопросу… Мы осуществили акт, которого желал весь болгарский народ, в том числе и вы, коммунисты.

Луканов вздрогнул, но ничего не возразил. Профессор повысил голос:

— Тирания Стамболийского подавляла и нас, и вас. Мы ликвидировали ее, и сейчас наступает эра порядка, законности и социальной справедливости! Но для достижения этого нам необходимо, чтобы в стране царило спокойствие, а это в большой степени зависит и от вас, коммунистов… Вы представляете собой силу, с которой мы не можем не считаться. Это — факт.

— Мы — люди военные, — сказал генерал, — мы в жмурки играть не любим.

— И все же мне не совсем ясно, о чем идет речь, господа!

— Все очень просто, господин Луканов, — продолжал профессор. — Мы пригласили вас, чтобы еще раз удостовериться в вашей лояльности, в вашем нейтралитете!

— Разве у вас есть основания думать, что мы приняли какое-либо другое решение?

— Да, в Плевене уже бастуют, — загремел снова генерал, — идут настоящие бои!

Луканов переложил зонтик из одной руки в другую, удивленно взглянул на профессора, спросил взволнованно:

— О каких боях идет речь, господин генерал?

— О бунте, господин Луканов, который принимает опасные размеры!

— Точнее?

— Крестьяне из окрестных сел идут на город, ведомые недовольными элементами. Городские рабочие стягиваются к казармам под предводительством некоего капитана Халачева, коммуниста и, к сожалению, офицера запаса!

— Сегодня утром мы получили еще одну тревожную телеграмму, — дополнил Цанков. — Положение в городе критическое.

— Мы никому не давали никаких указаний, господа! — В голосе Луканова слышалось еще большее удивление. — Вероятно, это просто стихийный бунт, за который мы не несем ответственности. Ведь вам известно, что мы твердо придерживаемся нейтралитета!

— Именно в этой связи мы вас и пригласили, господин Луканов, — продолжал профессор. — Мы хотели бы внести ясность. Ведь ни мы, ни вы не хотим проливать напрасно народную кровь. Земледельцы, как партия, потеряли власть. Естественно, что они бунтуют и протестуют! Но вы-то? Что потеряли вы? Неужели вы забыли об их дубинках и о том, как они преследовали вас… и нас?!

— Такого мы не ожидали от вас, господин Луканов, — С оскорбленным видом пробубнил генерал. — Вы обманули наше доверие!

— За бунт в Плевене мы не несем ответственности, господин генерал, — повторил Луканов.

— Но вы в состоянии прекратить его, — продолжал генерал. — В противном случае он может перерасти в гражданскую войну.

— Тогда мы снимем с себя всякую ответственность за кровопролитие, — многозначительно добавил профессор. — До этого момента были мы лояльны по отношению к вам, но в связи с положением, создавшимся в Плевене, ситуация меняется. Мы подумаем, как нам действовать дальше.