Камен Калчев - Генеральная проверка

Генерал посмотрел на карту.

— Пазарджик, — сказал он, постукивая кончиком взятой со стола указки по кружку на карте, — а от Пазарджика до объекта всего несколько километров. Совсем недалеко.

— Так точно, господин генерал!

— Вот по этой дороге вы сделаете марш-бросок.

— Так точно, господин генерал!

— Удар должен быть молниеносным.

— Есть, молниеносным, господин генерал! Но мне необходим письменный приказ.

— Какой приказ? — удивленно спросил генерал, опуская указку. — Не понимаю. Какой приказ?

— Письменный, господин генерал!

— Это в каком же смысле?

— Письменный приказ обезвредить объект.

— То есть как? — удивился Иван Русев. — Что это значит?

— Господин генерал, — продолжал капитан, — я не могу обезвредить объект без письменного приказа. Вы сами понимаете!

Наступило неловкое молчание. Иван Русев снял пенсне, протер его носовым платком и снова водрузил на переносицу. На лбу у него выступили капельки пота. Наконец он процедил сквозь зубы:

— Вы что, капитан, боитесь?

— Никак нет, господин генерал, но для порядка… Мы привыкли действовать на основании письменных приказов.

— Капитан Харлаков, — неожиданно взорвался полковник Вылков, — здесь не торговая контора, здесь не торгуются!.. Стыдитесь!

— Так точно, господин полковник, но…

— Никаких «но», никаких «но»! — повысил тон полковник. — Если вы отказываетесь выполнить этот патриотический приказ, это сделают другие. Желающих сколько угодно. Советую вам хорошенько подумать, прежде чем сказать «да» или «нет»…

— Господин полковник!

— Прекратите, капитан! — выкрикнул снова полковник. — Офицер болгарской армии торгуется, как лабазник! Позор!

Иван Русев подошел к вытянувшемуся в струну молодому офицеру и положил указку на его погон. Капитану польстил этот символический жест, он понял его скрытый смысл, и в его налившихся кровью глазах засветилось чувство преданности. Он щелкнул каблуками и вытянулся так, что казалось, вот-вот оторвется от земли. В эту минуту он воплощал собой послушание. Только усики его слегка вздрагивали.

— У вас нет выбора, капитан, — мягким, отеческим тоном проговорил Иван Русев. — Или голова Стамболийского, или ваша!

Услышав эту фамилию, капитан Харлаков вздрогнул и побледнел, но все же нашел силы выдавить:

— Так точно, господин генерал!

— У вас нет выбора, — повторил генерал, — или — или!

— Слушаюсь, господин генерал!

— Вот такого ответа я от вас и ожидал!

— Так точно, господин генерал!

Подняв указку, которая лежала на погоне капитана, генерал Русев прикоснулся ею к его щеке. Капитан продолжал повторять, пока не охрип: «Так точно, господин генерал! Слушаюсь, господин генерал!»

Полковник Вылков стоял в углу кабинета, ожидая конца этой сцены. Наконец капитан Харлаков щелкнул каблуками, повернулся кругом и строевым шагом вышел из кабинета. Генерал и полковник проводили его долгим взглядом.

— Торговался, как габровец на базаре! Что вы на это скажете, дорогой мой полковник?

— Он и в самом деле из Габрово, господин генерал.

— Неужели? Надо же быть такому совпадению!

— Но вообще-то, он неплохой малый. Задание выполнит [7] «Он (Харлаков) был офицером 20-го пехотного полка. В свое время учился на юридическом факультете Софийского университета. Ненавидел социалистов и интеллигентов, был туп и не смог закончить университет. После Балканской войны остался на действительной военной службе…» ( В. Ангелов. Жизнь для партии). — Прим. авт. .

— Это самое главное, — сказал генерал. — Все остальное — ерунда!

Пока генерал изучал карту, в кабинет для доклада вошел его адъютант:

— Вас вызывает Плевен, господин генерал!

Генерал Русев взял телефонную трубку, поднес ее к уху и откашлялся. Но тут же вопросительно посмотрел на адъютанта:

— Кто там говорит, поручик?

— Позвонили из Плевена, господин генерал.

Иван Русев плотнее прижал трубку к уху.

— Слышу какие-то голоса, поручик. Кто-то вмешивается в наш разговор.

Адъютант взял трубку и услышал хриплый голос: «Чего тебе надо, скотина? Положи трубку!» «Сам положи», — послышался другой голос. «Мы тут, как тараканы на горячей сковородке, жаримся, а вы там анекдоты рассказываете!..» — «У нас тоже не мед». — «А ты-то не фашист?» — «Сам ты фашист из Мусачево!»

Генерал Русев снова взял трубку:

— Алло, Плевен! Как там у вас дела?

— Так себе, господин начальник! А у тебя как? Пашпорт тебе еще не выправили?