Тара Конклин - Последний романтик [litres]

Мы застыли в дверном проеме. Мы не издали ни звука, но кошка заметила нас и навострила уши. Когда Кэролайн начала медленно приближаться к ней, кошка подняла голову и зашипела, показав четыре острых белых клыка, два сверху и две снизу. Она была похожа на маленького, но злобного сказочного дракона. Несколько слепых крошек-котят слабо мяукнули. Один попытался открыть глаза, и вдруг ему это удалось, и прямо на меня уставились два невидящих голубых прозрачных глаза.

– Ничего себе, – сказала я.

Кэролайн ответила не сразу.

– Ну да, неожиданно, – сказала она напряженным, но бодрым голосом. – Конечно, нам не хватало только семейства кошек в главной спальне.

– Зато они хорошенькие. – Я подошла ближе и попыталась погладить одного, но мать кинулась вперед и зашипела. Я отпрянула. – Наверняка девочки будут рады котенку, – сказала я.

Кроме кролика Селесты у меня никогда не было домашних животных, но тут это детское желание возникло снова, как эхо прошлой боли, и я вообразила, что девочки тоже его испытывали. Как можно не хотеть кого-то, о ком можно заботиться.

– Ну, вообще-то у нас есть Коктейль, – ответила Кэролайн, имея в виду их желтого лабрадора, который облизывал всех гостей. – И у девочек есть хомяки.

– А у Луиса?

– А у него есть хамелеон Стю. И аквариум с морскими рыбами.

– Ну, можно развесить объявления. Раздать котят, – попыталась я поднять Кэролайн настроение, которое, как я видела, быстро и, возможно, необратимо падало. Она была верблюдом, а это стало последней соломинкой.

– Нет, – покачала головой Кэролайн. – Это затянется надолго. А Натан будет тут через два дня. Он захочет оставить всех, можешь мне поверить. – Последние два слова она сказала с особым чувством.

– Давай сначала закончим уборку внизу, – предложила я. – Пусть они пока спят. А потом решим. – Я была специалистом по откладыванию решений на потом. Часто оказывалось, что самое трудное как-то рассасывалось в процессе.

Но Кэролайн не ответила. Она смотрела на кошек со смесью отвращения и усталости; уголки губ опущены, лоб устало нахмурен. В эту минуту все имущество ее семьи было засунуто в грузовик, который ехал из Остина, Техас, в Хэмден, Коннектикут. Его вели два мужика по имени Саша. Саши клялись, что будут ехать без остановок. Возможно, они сейчас были уже в Пенсильвании, среди амишей [5] Амиши – закрытая религиозная община анабаптистов. . Может, они опаздывали. Дети Кэролайн остались у друзей в Остине, где наверняка объедались конфетами и играли в войну. Натан мог жить в чемодане; ему всегда была нужна только пара штанов. Все ждали, что Кэролайн сообщит им, что дом готов.

Были моменты, например, в Рождество, или когда мы все возили Нони на море в день ее шестидесятилетия, когда я завидовала уверенности Кэролайн. Тому, как ее дети возились вокруг нее, хихикая, а Натан обнимал ее за плечи, когда она закрывала глаза и вздыхала. Это казалось так мило и здорово. Но иногда это выглядело невыносимо. Смирительная рубашка, созданная своими руками. Каждое утро ей надо было упаковать три школьных завтрака, каждый с разными бутербродами. Каждый вечер рассказать три разные сказки.

– Послушай, я заберу котят, – предложила я. – Мои соседки давно говорят, что нам нужен зверек.

Кэролайн вздохнула:

– Фиона. У тебя будет тринадцать зверьков.

Я пожала плечами:

– Остальных я пристрою.

– Это просто смешно. Ты понятия не имеешь, как ухаживать за кошкой.

– Ну конечно, имею, – сказала я. – С кошками очень просто.

– Они живые.

– Я знаю.

– Их нужно кормить и поить.

– Я и это знаю.

– И все время присматривать.

– Кэролайн. Прекрати. Я оставлю несколько, каких-то пристрою по знакомым. А остальных отдам в приют.

– Они сдохнут в приюте.

Подумав, я наклонила голову.

– Ну да, это похоже на правду.

– Нет, – покачала головой Кэролайн. – Я так не могу. Я оставлю их. Что-нибудь придумаю.

– Почему бы не отдать одного Джо с Сандрин? – осенило меня. – Свадебный подарок! – Идея показалась мне отличной, но Кэролайн замотала головой.

– Только не Джо, – начала Кэролайн и осеклась. Что-то промелькнуло по ее лицу, не кошки и не дом, что-то более давнее и глубокое. – Слушай, давай выйдем на минутку. – Поглядывая на кошку, она попятилась из комнаты.

В конце коридора я заметила внешнюю круглую стену башенки, покрашенную в тот же лиловый цвет, что и дом снаружи. Из маленького окна на пол падал прямоугольник солнечного света. Все вместе это выглядело таинственным и волшебным, как замок принцессы.