Илья Штемлер - Коммерсанты

Опер Киселев постучал ребром планшета по столу. Задание у него было конкретное — изъять оружие и доставить владельца незарегистрированного оружия куда следует. Что ж, так он и поступит… Опер раскрыл планшет, вытащил из него паспорт Джасоева, положил его на блюдо, взял паспорт Целлулоидова, достал чистый лист бумаги, ручку и принялся составлять протокол по добровольному выему оружия.

Чингиз ходил по безлюдной квартире. Было так тихо, словно квартира опустилась на дно океана. В углу комнаты лежал кейс. Как его сумел раскрыть Целлулоидов и достать оттуда цистолет? Чингиз и йам с трудом справлялся со своенравным замком, что-то в нем заедало.

В распахнутой пасти кейса валялась записная книжка.

Чингиз подобрал ее, сунул в карман и вернулся на кухню. Кастрюли на плите — кроткие свидетели кулинарных фантазий Васи Целлулоидова — совершенно остыли, отражая начищенными боками свет уходящего дня, что падал от балконной двери… «Надо было дать ему с собой пиво», — подумал Чингиз.

Телефонный аппарат на стене чем-то напоминал ползущего черного жука под тяжелым панцирем.

Чингиз раскрыл записную книжку, отыскал нужную страницу и, придерживая плечом трубку, набрал номер…

Голос Наргиз заставил его улыбнуться. Конечно, он хочет ее видеть, все зависит только от нее самой — Чингиз шутил коряво, через силу. И Наргиз это почувствовала. Тон ее стал суше, официальней. Прервав Чингиза на полуслове, Наргиз позвала отца…

— У меня неприятности, дядя Курбан, — Чингиз принялся рассказывать о том, что произошло, подробно, без утайки.

— Он что, нужный тебе человек этот Вася? — спросил дядя.

— Иначе я бы вам не звонил. Я готов заплатить сколько угодно, чтобы замять это дело.

— Говоришь, опера фамилия Киселев? Подожди, я возьму ручку, — в трубке слышался шорох. — Ладно. Думаю, мы тебе поможем, спустим на тормозах… Тебе, Чингиз, вообще повезло с дядей. Приходи. У Наргизки скоро концерт. Хочу тебя видеть.

Окна магазина были забраны узорными решетками. Толик Збарский заказывал решетки у приятеля на заводе художественного литья. Подобных решеток в городе больше не было: стальные листья венком складывали слово «Крона».

В распахнутую форточку порыв весеннего ветра вогнал гнилостно-сладкий дух мясокомбината.

— Ну и место выбрали, — проговорил крепыш в пятнистом «афгане» с широким командирским поясом. Он шагнул и прикрыл форточку. — Сюда не только рэкетиры, сюда и покупатель нос не сунет.

Продавец по имени Фима, сын юрисконсульта Ревуновой, — высокий детина с круглой физиономией любителя и выпить, и закусить — сверял с накладной количество упаковок в коробке. Товар пришел из Праги, по бартеру: бижутерия, краска для волос, шампуни и лосьоны. В трех коробках Фима обнаружил недовложение, надо составить акт. Он уже составлял акт на недокомплект дискеток для компьютеров, знал, как это делается, но все равно маета, Фима не любил писанину, Фима любил футбол и езду на автомобиле.

— Подпишешь акт? — проговорил Фима. — Не хватает комплекта в трех коробках.

— Как мое дежурство, так у вас не хватает, — проворчал крепыш из службы охраны. — Мое дело следить, чтобы в магазин не залетела бандитская пуля. Гордый запретил нам вмешиваться в торговлю.

— Как жрать, вы тут как тут, — Фима знал, чем попенять охране: в обеденный перерыв те садились за общак в подсобке, с аппетитом уплетая все, что приготовляла тетя Варя, уборщица и повариха. Ха! Ну и работенка — сиди и жди бандитскую пулю.

— Ладно, ладно, — отмахнулся крепыш. — На Черной речке взорвали коммерческий магазин. Да нам только за страх надо молоко давать.

— Это нам надо за страх молоко выдавать, — Фима готовил к осмотру следующую коробку. — Вам за страх и так платят, а для нас, продавцов, страх вроде издержек производства, — Фима поднял глаза на бархатный звон колокольчика: в магазин вошел молодой мужчина. Невысокая фигура, укутанная в кожаный плащ, казалась подрубленной. В руках посетитель держал яркую пластиковую сумку. Толстые, слегка навыворот губы разлепились, показывая крепкие широкие зубы, — казалось, он с удивлением оглядывает размещенные на стеллажах образцы компьютеров, электронную технику вперемешку с ширпотребом.

— Компьютеры сегодня не продаются, консультант заболел, — упредил покупателя крепыш из охраны. — Завтра приходите.

— Инга тут работает? — спросил посетитель с сильным кавказским акцентом.