Джей Парини - Путь Беньямина

Доктор заметил пристальный взгляд Беньямина и встал.

– Беньямин! – воскликнул он. – Идите сюда! Садитесь, позвольте мне угостить вас выпивкой.

Беньямин учтиво поклонился и принял приглашение.

– Так что же привело вас в Марсель? – поинтересовался доктор.

Задавать глупые вопросы – это так похоже на Френкеля, подумал Беньямин. Что может сейчас еврей делать в Марселе?

– Прохожу отбор на Олимпийские игры, – сказал он. – Разве вы забыли, что я прыгаю с шестом?

– Послушайте, держитесь меня, и мы вместе выберемся отсюда, – сказал доктор Френкель.

Он рассказал Беньямину, что достать место на корабле обычным способом невозможно. Все койки давно распроданы, и власти ужесточают правила выдачи выездных виз. Выехать из Франции теперь можно только с помощью каких-нибудь ухищрений. Он с увлечением заговорил об одном таком способе, о котором недавно узнал и которым уже смогли воспользоваться десятки его знакомых. Нужно одеться матросом, и вас берут на борт торгового судна, следующего на Цейлон. Другие матросы за небольшую плату весьма охотно контрабандой примут вас к себе. Если у Беньямина есть хоть какие-то деньги, то можно не сомневаться, что оба они через месяц будут на Цейлоне.

– И что вы будете делать, когда попадете на Цейлон? – спросил Беньямин.

– Это британская территория, – пояснил доктор Френкель. – Там немцы не смогут вас тронуть. Кроме того, говорят, там довольно приятно: чайные плантации, полно фруктов. Вы ведь любите фрукты?

«Сможет ли доктор Френкель сойти за матроса?» – думал Беньямин, глядя на длинные, косматые седые волосы и хрупкое тело старика. Должно быть, от денег зависит больше, чем он предполагал раньше.

– Да вы скептик, сударь, – сказал доктор Френкель.

Беньямин пожал плечами. В нынешних обстоятельствах, пожалуй, стоило попробовать. Каждый день можно было услышать и о более фантастических способах бегства. Так, один восьмидесятипятилетний еврей родом из Одессы вроде бы бежал в Испанию на гелиевом аэростате. Беньямин высоты боялся, поэтому морское путешествие казалось ему куда более предпочтительным, пусть даже ему придется делать вид, что он хорошо умеет драить палубу. Что касается денег – да и бог с ними.

Доктор Френкель отвел Беньямина в свой пансион и предложил переночевать на полу.

– Я могу устроить вам постель, – сказал он. – В коридоре есть диван. Я дам вам подушки.

– Хватит одеяла, спасибо. У вас, во всяком случае, есть крыша.

– Чувствуйте себя как дома, – сказал доктор.

У окна стояло удобное кресло, и Беньямин устроился в нем, чтобы скоротать вторую половину дня. У доктора был том эссе Карла Крауса [71] Карл Краус (1874–1936) – австрийский писатель и публицист, поэт-сатирик, литературный и художественный критик, фельетонист. , и Беньямин был весьма рад провести время в таком обществе.

– Вам удобно, Беньямин?

– Да, спасибо.

Доктор сказал, что у него срочное дело, и оставил Беньямина в одиночестве. Вернулся он ранним вечером с двумя матросскими костюмами. Вид у них был слегка нелепый: форма из грубой шерсти – мешковатые брюки, береты.

– Вас только что завербовали в торговый флот, – сообщил он. – Вы похожи на моряка, знаете об этом? Примерьте.

– Брюки малы. Это и так видно.

– Может быть, это вы слишком большой, – возразил доктор. – Послушайте, мы же не на показ мод собираемся. Мы отправляемся на Цейлон, туда, где евреи могут чувствовать себя в безопасности. Надевайте что есть.

В ту ночь Беньямин лежал на полу, на комковатых подушках, под изъеденным молью одеялом, а доктор Френкель в живописных подробностях рассказывал о Цейлоне. Это чудесное место, где живут маленькие коричневые люди и большие серые слоны, страна кардамона, корицы, шафрана, паприки, хлебного дерева. Пленительные названия разбудили в Беньямине мечтательность. Всю ночь он грезил о пустынных песчаных пляжах, над которыми меж длиннолиственных пальм нависает апельсинного цвета луна. Там, конечно, нет ни книг, ни библиотек, ни европейских газет, и без них, понятно, будет трудновато, но материалов в его портфеле хватит на пару лет работы. Может быть, там он начнет писать рассказы – или даже стихи!

Утром они с доктором Френкелем, в плохо сидевшей на них форме, медленно выдвинулись из пансиона. Беньямин оставил свой чемодан на вокзале: брать его с собой не имело смысла, да в нем и не было ничего по-настоящему ценного. Он нес портфель и небольшую сумку со сменой одежды. Им предстояло морское плавание, все может отсыреть, поэтому он тщательно завернул рукопись в вощеную бумагу, купленную у торговца рыбой рядом с пристанью. Доктор Френкель привязал свой маленький, видавший виды чемодан ремнем к спине.