Эми Тан - Долина забвения

Ай-ай… Как такая умная женщина могла так глупо поступить? У многих людей есть подобная слабость — даже у самых богатых, уважаемых и влиятельных. Они рискуют всем, уступая телесной похоти, и верят, что они лучше всех на свете, потому что так сказал им обманщик.

Как только твоя мать пропала, Зеленая банда подделала документ, согласно которому «Тайный нефритовый путь» оказался продан одному из членов банды. Они подтвердили договор с помощью чиновника в Международном сеттльменте, который тоже состоял в банде. Что оставалось делать Золотой Голубке? Она не могла пожаловаться на банду в американское консульство. Она не могла предъявить договор с подписью твоей матери, потому что та обещала прислать его почтой после того, как прибудет в Сан-Франциско. Одна из куртизанок рассказала Золотой Голубке, как Пышное Облако хвасталась, что они с Фэруэтером стали богачами. Фэруэтер поменял билеты на пароход, идущий в Сан-Франциско, на два билета в каюты первого класса парохода до Гонконга. Они собирались представиться в Гонконге светскими персонами из Шанхая, которые приехали, чтобы инвестировать в новые компании от имени западных кинозвезд!

Золотая Голубка была в бешенстве, когда все это рассказывала. Ой-ой! Я думала, что у нее глаза лопнут от ярости, и они действительно наполнились слезами. Она сказала, что новая банда вместе с триадой не заботится о том, чтобы поддерживать марку первоклассного заведения. Они владеют синдикатом из дюжины борделей, которые приносят им большие доходы при малых вложениях. Наши девушки больше не получают неспешных ухаживаний и дорогих подарков — только деньги. Облачные красавицы собирались покинуть дом, но гангстеры заманили их деньгами, и теперь девушки оказались в долговой яме. Гангстеры перевели Треснувшее Яйцо в разряд простых слуг, и теперь в наш дом ходят и мелкие напыщенные чинуши, и лавочники-нувориши. Эти ничтожества получают внимание тех девушек, которые раньше обслуживали только гораздо более значимых персон. Нет лучшего способа покончить с репутацией дома, чем позволить подчиненным пользоваться теми же вагинами, что и их боссы. Вода всегда стекает в самые глубокие канавы.

— Они не имели права так делать, — снова и снова повторяла я.

— Только американцы считают, что у них есть права, — заметила Волшебная Горлянка. — Разве существуют небесные законы, которые дают кому-то больше прав и позволяют их сохранять? Это всего лишь слова. Законы придумывают и пишут на бумаге люди, которые потом заявляют, что они их защищают. Но однажды ветер все это унесет. Так уже произошло недавно.

Она взяла мои ладони в свои руки:

— Вайолет, я обязана рассказать тебе о посланиях, что курсируют между Шанхаем и Сан-Франциско. Кто-то отправил твоей матери письмо от имени американского консульства. В нем говорится, что ты погибла в результате несчастного случая — перебегала через дорогу или что-то вроде этого. Они приложили к письму свидетельство о смерти со всеми необходимыми печатями. На нем стоит твое настоящее имя. Не то, которое тебе собирался дать Фэруэтер. Твоя мать послала Золотой Голубке телеграмму с вопросом, правда ли это. И Золотой Голубке пришлось принимать решение: рассказать твоей матери, что свидетельство о смерти — фальшивка, или обезопасить своих красавиц, тебя и себя саму от пыток, увечий и ужасной смерти. Как видишь, выбора у нее не было.

Волшебная Горлянка вытащила из рукава письмо, и я прочитала его на одном дыхании. Письмо было от матери. В письме она бессвязно описывала свои чувства, которые испытала, получив сообщение о смерти дочери, и свое мучение в ожидании ответа от Золотой Голубки.

@

Меня изводит мысль о том, что Вайолет перед смертью могла считать, что я намеренно оставила ее в Шанхае. Подумать только, что последние ее мысли были настолько безрадостными!

@

Я медленно закипала. Она предпочла думать, что я уже на борту, потому что страстно желала уехать в свою новую жизнь с Тедди и Лу Шином. Я попросила Волшебную Горлянку принести мне бумагу, чтобы я отправила письмо матери. Я скажу ей, что меня не обманула ее ложь и фальшивое горе. Волшебная Горлянка объяснила, что ни одно мое письмо никогда не покинет Шанхай. И телеграмму отправить тоже нельзя — бандиты позаботятся об этом. Вот почему в письме Золотой Голубки, которое она отослала матери, была ложь — она писала его под их диктовку.

@@

Я стала совсем другой девочкой — сиротой без матери. Не американкой, не китаянкой, не Вайолет, не Виви, не Зизи. Я жила в незримом месте, сотканном из моего слабого дыхания. Никто его не видел, поэтому не мог вытащить меня из него.