Эми Тан - Долина забвения

— Почему ты хочешь сделать ей больно? — спросила она горько. — Почему у тебя такой несносный характер?

— Уже два часа дня! Она сказала, что на мой день рождения отведет меня в ресторан! Но не пришла! Она забыла! Она всегда забывает, что я существую! — Мои глаза наполнились слезами. — Она меня не любит! Она любит только своих мужчин!

Золотая Голубка подняла с пола янтарное яйцо и увеличительное стекло:

— Это были подарки для тебя.

— Это вещи, которые подарили ей мужчины, но ей самой они не понравились.

— Как ты можешь так думать? Она приготовила их специально для тебя.

— Почему тогда она не пришла, чтобы забрать меня на обед?

— Ай-ай! Так ты все это натворила только потому, что голодная?! Ты могла просто попросить служанку, чтобы она принесла еды!

Я не знала, как ей объяснить, что значил для меня поход в ресторан. И тут я выпалила все, что накопилось на душе.

— Она говорит мужчинам, что именно их она хочет видеть! И мне она сказала то же самое, но это была всего лишь уловка. Ее больше не заботит, что я грустная или что мне одиноко…

Золотая Голубка нахмурилась:

— Твоя мать слишком тебя балует — и вот результат. Никакой благодарности, только истерика, когда что-то идет не так, как тебе хочется.

— Она не сдержала обещание и даже не извинилась!

— Твоя мать расстроена. Она получила письмо…

— Она всегда получает кучу писем! — я пнула ногой клочки, оставшиеся от записки Неда.

— Это письмо особенное, — Золотая Голубка странно посмотрела на меня. — В нем говорится о твоем отце. Он умер.

Я не сразу поняла, что она сказала. Мой отец? Что это значит? Мне было пять, когда я в первый раз спросила маму, где мой папа. Я уже знала, что у каждого есть отец, даже у куртизанок были отцы, которые продали их в цветочный дом. Тогда мать ответила, что у меня нет отца. Когда я начала допытываться почему, она объяснила, что он умер еще до того, как я родилась. За последующие три года я время от времени пыталась ее уговорить рассказать мне о нем.

— Какое это имеет значение? — всегда отвечала она. — Он умер, это было очень давно, и я даже забыла его имя и как он выглядит.

Как она могла забыть его имя! Неужели, если я умру, она и мое имя забудет? Я донимала ее вопросами. Когда она замолчала и нахмурилась, я поняла, что продолжать опасно.

Но сейчас правда выплыла наружу. Он жив! По крайней мере, был жив до недавнего времени. Замешательство сменилось гневом: мать все это время лгала мне! Может быть, он любил меня, а она скрывала это от меня! Отняла его у меня! А теперь все стало действительно слишком поздно: он по-настоящему умер!

Я вбежала в кабинет матери с криком:

— Он не умер до моего рождения! Ты скрывала его от меня!

Я вывалила на нее все обвинения, которые только могла припомнить. Она никогда не говорила правды о том, что было для меня важно. Она солгала мне, когда сказала, что именно меня хотела видеть. Она солгала мне насчет обеда… Мать безмолвно слушала мои обвинения.

Вслед за мной в комнату вбежала Золотая Голубка:

— Я сказала ей, что ты получила письмо, в котором говорится, что ее отец только что скончался.

Мать мрачно посмотрела на нее. Она на нее злилась? Неужели она выбросит нас из своей жизни, как и всех, кто ее разочаровал? Она отложила в сторону ужасное письмо. Отвела меня к дивану и усадила рядом с собой. А затем сделала то, чего не делала уже очень долго: погладила меня по голове, успокаивающе что-то нашептывая, а я разрыдалась еще сильнее.

— Вайолет, моя дорогая, все эти годы я и правда думала, что он мертв. Мне было слишком больно о нем вспоминать, говорить о нем. А сейчас, после этого письма… — слезы стояли у нее в глазах, но она сдерживала большую часть эмоций.

Когда я снова смогла дышать, я засыпала ее вопросами, и на каждый из них она кивала и отвечала утвердительно. Он был хороший? Богатый? Его все любили? Он был старше мамы? А меня он любил? Он когда-нибудь играл со мной? Называл меня по имени? Мать продолжала гладить меня по голове и по плечам. Мне было очень грустно и не хотелось, чтобы она перестала меня успокаивать. Я продолжала задавать вопросы, пока не устала их придумывать. К тому времени я уже ослабела от голода, и Золотая Голубка позвала служанку, чтобы она принесла мне обед прямо в Бульвар.

— Твоей матери нужно побыть одной.

Мать поцеловала меня и прошла в спальню.

Пока я ела, Золотая Голубка рассказывала мне, как тяжело было матери выжить без мужа.

— Она тяжко трудилась только ради тебя, малышка Вайолет, — сказала она. — Будь благодарной, относись к матери лучше.