Эшли Шумахер - Мгновения Амелии

Посмотрев в настороженные глаза Алекса, я горжусь, что не расплакалась.

– Соболезную, – произносит он и спустя пару секунд продолжает: – Придется поплутать по дорожкам к пляжу. Так что я отвезу тебя, хотя пешком было бы быстрее. Проселочные дороги здесь своеобразные. До крепости идти минут десять. Скорее всего, он встретит тебя раньше. Я спросил, хочет ли он увидеться с тобой.

Я рада, что не приду без предупреждения. Осознание этого успокаивает внутреннюю дрожь, в которой я винила кофе мистера Ларсона, но теперь понимаю, что ее вызвала вероятность встречи с Эндсли.

– Алекс, спасибо, – благодарю я.

– Нет, тебе спасибо, Амелия. Он не привык с кем-то общаться. Просто… – Парень выглядит растерянным, будто пытается подобрать слова. – Просто помни, что ты встречаешься с моим другом, к которому нельзя приезжать в гости, и мне бы очень хотелось, чтобы после твоего отъезда он остался прежним. Хорошо?

Сегодня день забвения. Я забыла, что приехала сюда лишь на время, на взятые в долг у Техаса шесть дней. Будущее и возложенная на меня ответственность должны бы утешить, но они почему-то ложатся камнем на грудь.

Я выглядываю из окна пикапа и стараюсь не обращать внимания на радостный лай Уолли вдалеке. Он настойчиво зовет играть, однако я понимаю, что разговор еще не закончен.

– Амелия? – обращается ко мне Алекс, едва я решаю покинуть автомобиль.

– Да? – Он снова не сводит с меня задумчивого взгляда, будто я головоломка, и если удастся подобрать нужную деталь, стану понятной и целостной. – Что? – уточняю, так и не дождавшись ответа.

– Ничего, – отмахивается он, откидываясь на сиденье и заводя двигатель, – ничего такого. Мне нужно заняться ярмаркой. Увидимся позже.

Когда я вылезаю из машины, в его глазах прячется улыбка. Я вяло машу на прощание и спускаюсь по скалистому склону к пляжу. И как только пропадаю из виду, пикап с ревом приходит в движение.

Лай Уолли раздается между деревьев, и мой взгляд тянется к ветвям, которые резкими порывами ветра отбрасывает от воды. Если далекие темные тучи переберутся через озеро к Локбруку, то точно здесь все затопит. Как же странно, что совсем недавно я находилась в Далласе, аккуратно устроившись в своем неаккуратном мирке, а вскоре перенеслась в совершенно другое место. Здесь нет высоких домов, полицейских сирен, запаха тающего под техасским солнцем асфальта и томительных намеков на присутствие Дженны, как в ее доме или в Downtown Books, например.

Вокруг дрейфуют киты, огибая верхушки деревьев, и уверенно уплывают к надвигающемуся урагану, который не способны поколебать ни погода, ни время, ни девчачьи проблемы.

– Амелия?

Я подпрыгиваю, и рука сама собой театрально подлетает к сердцу, как у глупой южной красавицы из фильмов.

– Нолан, – называю его по имени от неожиданности. Хотя такое обращение кажется мне наиболее правильным, да и Алекс с Валери к нему так обращаются, когда она не называет его «тот парень».

Он не поправляет меня.

Нолан подкрался ко мне из-за ограждающих пляж кустов, как один из трех рыцарей из «Орманских хроник» – его собственных произведений. Он становится рядом и прослеживает мой прикованный к деревьям взгляд, и его лицо выражает недоумение.

– Наблюдаешь за птицами?

Не стоит притворяться, что я такая же ярая любительница чтения, какой была раньше. Через несколько дней я снова проснусь в крошечном родительском доме такой же одинокой, каким бывает человек без любимого. Посмотрю на пиццу в холодильнике, решу, что даже для меня она залежалась, и закажу новую. Уберу подальше испорченные книги Дженны, вытряхну мамины пепельницы и начну подготовку к дальнейшей жизни.

Схожу на подготовительные курсы. Не сверну с распланированного подругой пути, испытывая благодарность за такую привилегию, и начхаю на то, что предстоит изучать. Начну слушать девиз своего сердца « Я есть, я живу, я существую» .

Но сейчас я буду новой собой, настоящей и искренней. Я морально сломлена, рядом нет подруги, но меня не покинули разум и здоровое любопытство. И я открыто воспользуюсь ими, чтобы выяснить, что Нолан Эндсли помнит о Дженне и известно ли ему о сто первом экземпляре, который я спрятала под подушкой в гостевой комнате Валери. Призвав на помощь все свое очарование, я доберусь до оставшегося кусочка Дженны, чтобы впоследствии поместить его в склеп в своем сердце.

Что мне терять?

Я говорю правду, а не придумываю социально удобный ответ типа «любовалась деревьями» или «задумалась».