Эшли Шумахер - Мгновения Амелии

Если Валери проснется и начнет расспрашивать, то я отвечу, что хотела пить. Она притворится, что поверила, но мы бы обе будем знать о моей лжи. Даже тогда она не станет спрашивать, все ли со мной в порядке, и не попросит рассказать, что меня волнует, отчего я благодарю всевышнего китов за взрослых, которые не допытываются.

Флаеры расплываются перед глазами, когда я понимаю, что и сама должна быть одной из них. Взрослой. Мне пора самой принимать жизненно важные решения, быть самодостаточной и чем-то большим. Вероятно, иметь зрелые взгляды, хотя я знакома со многими взрослыми без них.

Ощущаю себя старой, как изорванный парус на лодке, которая едва выбралась из шторма. Внутри меня все разрывается от потери Дженны или, возможно, осознания того, что однажды умрут любимые мной люди. Похороны должны проводиться для действительно близких родственников, а не для друзей с зеленого острова. Не для друзей, чьи жизни только начались.

Почему-то мне кажется, что я слишком молода, чтобы окончить школу, слишком не подготовлена для предстоящей жизни. Неужели наполняющий меня страх перед колледжем объясняется отсутствием рядом со мной подруги или это все же изначальное нежелание учиться на преподавателя английского?

Я вспоминаю, как Дженна бормотала себе под нос, собирая воедино заметки на одной из своих таблиц. В этом учебном заведении не было учебного плана по фармакогнозии. Дженна выбрала узкое направление, которое предполагает создание лекарств из растений. В этом учебном заведении аспирантам было практически невозможно устроиться на работу преподавателем.

– Нет, нет, нет, нет .

Я не подняла взгляд с домашней работы по математике, чтобы посмотреть на крайне печальные причитания Дженны.

– Что такое? – безэмоционально поинтересовалась я. Доказательство геометрических теорем и так задавало мне жару, а издаваемый ею шум совсем не помогал.

– Не говори в таком тоне, – заявила Дженна. – Это важно как для меня, так и для тебя.

– И что же это такое? – спросила я.

– Наше будущее , Амелия. Наше будущее. Или ты не хочешь поступать в один колледж?

Я опустила карандаш и выпрямила ноги, подвинувшись к подруге так, чтобы сесть вровень с ней. Она развернула ко мне ноутбук и драматичным жестом закрыла глаза, я же принялась рассматривать экран.

– Сельскохозяйственный и технический университет во Флориде, Вашингтонский университет, Аляскинский университет… что это такое?

– Варианты университетов для нас, – пояснила Дженна, все еще прикрывая глаза рукой, а в голосе проскальзывало недоумение моей непонятливостью.

Я пробежалась пальцами по сенсорной панели. Рядом с каждым заведением покоился целый список параметров по десятибалльной шкале: потенциал учебного плана по фармакогнозии, потенциал учебного плана по английскому языку, этнокультурная многоликость, культурная жизнь в пределах кампуса, культурная жизнь за пределами кампуса, близость к основному аэропорту, соотнесение совместной работы преподавателя и ученика, количество необходимых кредитов.

На этом список не заканчивался, а подруга уже внесла данные по двенадцати университетам в виде оценок в верхних ячейках таблицы.

– Дженна, это смешно. Так ты не решишь, куда мы поступим.

Она приподняла руку и сощурилась.

– Почему?

– Почему? Да потому что, мисс Чопорность, ты даже не сможешь определить, – я взглянула на экран, – качество местного кофе в балловой системе, даже не попробовав его.

– Еще как могу, – заспорила она. – Отзывы в интернете, слышала о таком? Очень популярная штука.

– Ладно, но почему этот фактор определяет выбор университета?

Ее ладонь снова упала на глаза, и Дженна низко прорычала.

– Амелия, мы будем там по крайней мере четыре года. Разве ты не хочешь удостовериться, что мы будем там счастливы?

Я рассмеялась.

– Да ты шутишь. Ты же не считаешь на самом деле, что какая-то таблица может гарантировать наше счастье, ведь так?

Только вот она считала. Спустя неделю раздраженных отказов и ворчания с ее стороны Дженна заказала информационные буклеты из трех лучше всего подходящих нам учебных заведений из – как я решила ее называть – «Таблицы университетских дуэлянтов». Стоило буклетам прийти, как мы разложили их на обеденном столе, разбросав повсюду глянцевые фотографии кампусов в идеальном освещении, вложения с количеством работников приемной комиссии и отрывные листы с названиями направлений.