Кэтрин Хайд - Не отпускай меня никогда

– Раньше ты в доме не курила, – сказала Грейс, тоже скорчив недовольную рожицу.

– За тобой глаз да глаз, одну не оставишь. Обязательно надо топать? У меня голова раскалывается.

– Обязательно, – откликнулась Грейс, ни на секунду не сбиваясь с ритма. – Каждый день по несколько часов. Надо готовиться к представлению.

– У меня раскалывается голова.

– Ты уже говорила. А мне надо забрать пижаму у Рейлин.

– Мы уже обсуждали этот вопрос.

– Мне опять ложиться в одежде? Нет уж, нужна пижама.

– Позвонишь ей, когда она придет домой, и попросишь выставить вещи на лестницу. С каких пор ты стала танцевать по несколько часов в день? Раньше ты этим не занималась.

– Пока тебя не было, много чего изменилось.

Мама наконец проглотила наживку и повысила голос:

– Не так уж много времени прошло! Перестань твердить одно и то же! Хватит, надоело.

Грейс замерла на середине шага. Потом покрепче уперлась обеими ногами в линолеум, будто готовясь к бою. Решительно взглянула маме в глаза, но та отвернулась.

– Мам, посмотри на меня.

Быстрый взгляд в сторону Грейс, потом снова на коврик. Еще одна затяжка сигаретой.

– Не хочешь смотреть? Ну и ладно, все равно я права. Я танцую чечетку, учу испанский, у меня новая стрижка, и если бы тебе пришлось за нее платить, то вышло бы слишком дорого… – Грейс понимала, что срывается на крик, однако остановиться было уже невозможно. Да и незачем. – …а еще у меня красивые ногти и ножной маникюр, и мне сшили платье. И у меня есть кот!

Финальный вопль прозвучал очень весомо и пронзительно. Мама не желала соглашаться с тем, что у Грейс есть кот, и они препирались на эту тему с тех самых пор, как она похитила Грейс обратно.

Интересно, а Билли слышал ее крики через потолок (то есть пол)? И если слышал, то что подумал? Порадовался тому, как смело и решительно она противостоит маме, или разволновался при первых звуках ссоры? Грейс не хотела никого тревожить, Билли – в последнюю очередь.

– А еще, пока ты спала, один из наших соседей застрелился! – крикнула она. – Вот сколько всего ты пропустила!

Но вместо того чтобы рявкнуть в ответ, мама заговорила вполголоса. Такое бывало, только если она не на шутку злилась.

– Нет у тебя никакого кота. И я не могу понять, почему ты так вопишь. Я же сказала: у меня болит голова.

– Есть! Черепаховый, его зовут Кот мистер Лафферти.

– Я не отрицаю существование кота, – сказала мама все тем же жутким спокойным голосом. – Вполне возможно, что он настоящий. Но не твой, потому что тебе нельзя заводить кота без моего разрешения.

– Мне не у кого было спрашивать! А теперь уже поздно, кот завелся, и он мой! Вот прямо сейчас и пойду за ним, попробуй останови!

С этими словами Грейс протопала к выходу.

Но мама оказалась быстрее и закрыла дверь на цепочку, чтобы Грейс не смогла дотянуться.

Тогда Грейс схватила стул, подтащила к двери и тут же начала карабкаться вверх, но в этот момент мама дернула стул на себя… Все случилось за считанные секунды.

Грейс упала на правый бок, ударившись плечом и бедром, – было больно, особенно ноге.

– Ай!

– Извини. Не надо было лезть наверх, когда я отодвигала стул.

– Не надо было двигать стул, когда я на него лезла! – ответила Грейс, все еще лежа на коврике.

– Грейс, да что такое? Ты никогда себя так не вела.

– Я хочу к друзьям и к коту, а ты не отпускаешь!

– Эти люди пытались тебя забрать.

– Ничего не пытались, они просто за мной присматривали! Я сама все придумала! Не хотела сидеть здесь, пока ты под кайфом! Ненавижу, когда ты под кайфом!

Мама нависла над Грейс, и в какое-то страшное мгновение девочка подумала, что она сейчас замахнется и ударит. Такого не случалось почти никогда; с другой стороны, они еще ни разу не ссорились так сильно. Было видно, как мама сдерживает яростный порыв. К счастью, прошел он достаточно быстро. Спустя некоторое время она снова заговорила вполголоса:

– У меня от тебя голова болит. Пойду приму аспирин, а ты не вздумай никуда сбегать.

Она прошла через спальню в ванную.

Грейс посмотрела на дверь. Поднялась на ноги, стараясь не переносить вес на ушибленное бедро. Хотела было снова пододвинуть стул и открыть цепочку, но решила, что мама поймает ее быстрее, и толку все равно не будет.

Так что она проковыляла обратно на кухню и вновь начала танцевать. Бедро по-прежнему болело, но такие мелочи не могли остановить Грейс. Ее вообще ничего не могло остановить. Она только слегка морщилась на каждом шаге.