Эн­ни Прул - Корабельные новости

— Мас­тер по ин­терь­е­рам яхт? Я не знал, что та­кие су­ще­ст­ву­ют.

— Ра­зу­ме­ет­ся. Вы толь­ко по­ду­май­те. На ях­тах пол­но вся­ких уди­ви­тель­ных, стран­ных угол­ков. Аб­со­лют­но не­обыч­ные и стран­ные ска­мей­ки и тре­уголь­ные сто­лы. Ты­ся­чи и ты­ся­чи дол­ла­ров уй­дут на то, что­бы пе­ре­де­лать ин­терь­ер обе­ден­но­го са­ло­на на та­кой ях­те, как эта. Все де­ла­ет­ся в со­от­вет­ст­вии с же­ла­ния­ми кли­ен­та. И, ра­зу­ме­ет­ся, ка­ж­дое суд­но ин­ди­ви­ду­аль­но. У не­ко­то­рых из­бран­ных ко­жа­ные сте­ны и по­то­лок. Я ви­дел да­же ко­жа­ные по­лы. Пом­нишь, Силь­вер? Ях­та «Иде­аль­ный Би­ск­вит», да? На­поль­ная плит­ка из кор­дов­ской цвет­ной дуб­ле­ной ко­жи. Про­сто не­ве­ро­ят­но. Ко­неч­но, на нее мож­но не бо­ять­ся па­дать.

— А как его имя? — спро­сил Ку­ойл. — На­шим чи­та­те­лям бу­дет ин­те­рес­но уз­нать, что сре­ди них есть из­вест­ный мас­тер по ин­терь­е­рам яхт.

— О, это жен­щи­на, — ска­за­ла Силь­вер. — Ее зо­вут Аг­нис. Аг­нис Хамм. «Ин­терь­е­ры яхт и пе­ре­тяж­ка ме­бе­ли на за­каз». Скуч­ная жен­щи­на, но на­стоя­щая бо­ги­ня с иг­лой. — Она за­смея­лась.

Бил­ли Прит­ти за­ше­ве­лил­ся.

— Ну, спа­си­бо вам, Бай­о­нет и Силь­вер…

— Мел­вилл. Как у Гер­ма­на Мел­вил­ла.

Муж­чи­на на­лил се­бе еще. Он дро­жал. Воз­мож­но, от то­го, что на­сквозь вы­мок. Они по­жа­ли ему ру­ку, Бил­ли Прит­ти за­дер­жал в ру­ке хо­лод­ные паль­цы жен­щи­ны. Они вы­шли из жар­кой каю­ты в дождь. Мок­рый че­мо­дан был бес­по­во­рот­но за­губ­лен.

Они слы­ша­ли, как в каю­те гром­ко за­зву­ча­ли го­ло­са. «Да­вай, — го­во­ри­ла жен­щи­на, — ка­тись от­сю­да, про­ва­ли­вай на все че­ты­ре сто­ро­ны, мерз­кий уб­лю­док. Стань сно­ва ги­дом. Да­вай. Иди. Да­вай».

Суб­бот­ний пол­день. Ку­ойл был весь по­крыт би­рю­зо­вы­ми брыз­га­ми. Он по­кра­сил ком­на­ту де­во­чек и те­перь си­дел за сто­лом за чаш­кой чаю, пе­ред та­рел­кой пон­чи­ков с ва­рень­ем.

— Ну что, те­туш­ка, — ска­зал он. — Ока­зы­ва­ет­ся, ты за­ни­ма­ешь­ся ин­терь­е­ра­ми яхт.

— Ты ви­дел мою вы­вес­ку? — Те­туш­ка шку­ри­ла пись­мен­ный стол. Тер­ла де­ре­во ши­пя­щей бу­ма­гой. Плоть на ее пред­пле­чье рас­ка­чи­ва­лась в такт ее дви­же­ни­ям.

Сан­шайн и Бан­ни под сто­лом иг­ра­ли с ма­шин­ка­ми и кар­тон­ной до­ро­гой, ко­то­рая рас­кла­ды­ва­лась в кру­тые зиг­за­ги. Бан­ни по­ло­жи­ла на до­ро­гу ку­бик.

— Это лось, — ска­за­ла она. — А вот едет па­па. Р-р-р. Би-би-би! Лось не об­ра­ща­ет вни­ма­ния. — И она сби­ла ку­сок де­ре­ва сво­ей ма­шин­кой.

— Я то­же хо­чу! — ска­за­ла Сан­шайн, про­тя­ги­вая ру­ку к ку­би­ку и ма­ши­не.

— Най­ди се­бе дру­гой. Это мое.

По­слы­ша­лась воз­ня, звук уда­ра го­ло­вой о нож­ку сто­ла и го­ре­ст­ный вой Сан­шайн.

— Плак­са! — Бан­ни вы­бра­лась из-под сто­ла и бро­си­ла ку­би­ком и ма­ши­ной в Сан­шайн.

— Ти­хо! — ска­за­ла те­туш­ка.

— Ус­по­кой­ся, Бан­ни. — Ку­ойл взял Сан­шайн на ру­ки, ос­мот­рел крас­ную от­ме­ти­ну на ее лбу, по­це­ло­вал ее и стал ка­чать. Из дру­го­го кон­ца ком­на­ты Бан­ни жгла всех тро­их прон­зи­тель­ным взгля­дом. Улыб­ка Ку­ой­ла сви­де­тель­ст­во­ва­ла о том, что его не впе­чат­ля­ли ее взгля­ды. Его бес­по­кои­ли их кри­ки и стыч­ки. Ко­гда же они ста­нут до­б­рее?

— Мас­тер­ская сей­час в раз­гро­ме, но у нас уже вы­став­ле­ны швей­ные ма­ши­ны. Труд­нее все­го най­ти опыт­ных по­мощ­ни­ков, но я обу­чаю двух жен­щин. Мис­сис Мэ­вис Бэнгз и До­ун Бад­жел. Мэ­вис уже по­жи­лая жен­щи­на, вдо­ва, а До­ун все­го два­дцать шесть лет. Учи­лась в уни­вер­си­те­те, по­лу­ча­ла сти­пен­дию, и так да­лее. Но здесь ей со­вер­шен­но не­где ра­бо­тать. Она ра­бо­та­ла на за­во­де по пе­ре­ра­бот­ке ры­бы, ко­гда там бы­ла ра­бо­та, а по­том с тру­дом сво­ди­ла кон­цы с кон­ца­ми на по­со­бие по без­ра­бо­ти­це.

— Нет, я мас­тер­ской не ви­дел. Я брал ин­тер­вью у двух тво­их кли­ен­тов. Пи­шу об их ях­те. Мел­вил­лы. Это ста­ло для ме­ня сюр­при­зом. Я по­ня­тия не имел, что ты за­ни­ма­ешь­ся ях­та­ми.

— Ну да. Я жда­ла, по­ка при­бу­дет мое обо­ру­до­ва­ние. От­кры­ла мас­тер­скую око­ло де­ся­ти дней на­зад. Я на­ча­ла за­ни­мать­ся ях­та­ми по­сле смер­ти мо­ей под­ру­ги. В 1979-м. В те дни та­кое пе­чаль­ное со­бы­тие на­зы­ва­ли ут­ра­той «вто­рой по­ло­ви­ны». Ее зва­ли Уор­рен. Это в ее честь я на­зва­ла со­ба­ку. Она ра­бо­та­ла в поч­то­вой служ­бе. Не со­ба­ка, а Уор­рен. — Она за­смея­лась. Ее ли­цо во вре­мя раз­го­во­ра не­уло­ви­мо ме­ня­лось. Она не ста­ла го­во­рить Ку­ой­лу, что Уор­рен на са­мом де­ле зва­ли Ай­рин Уор­рен. И что она бы­ла са­мой за­ме­ча­тель­ной жен­щи­ной в ми­ре. Раз­ве он смо­жет ее по­нять? Нет, не смо­жет.