Евгений Гришковец - Асфальт

Стёпа возился с детьми, и было видно, что ему это нравится и интересно не меньше, чем детям. А Миша так не мог. Ему трудно было соответствовать и угадывать то, что дети любят и чего они хотят. Он быстро уставал от детей и не знал, что с ними делать. При этом Миша детей любил, с нежностью и трепетом наблюдал за ними, слушал их голоса, ему нравилось, как дети пахнут. А от любви к своим дочерям его иногда даже трясло. Он так их любил, что, глядя на них, готов был разрыдаться от нежности и желания уберечь их от всего плохого в жизни. Но придумывать им игры, занятия, весёлые шалости и просто с удовольствием проводить с ними много времени в обычной житейской возне Миша не умел и не мог.

Незадолго до назначенного времени прихода преподавателя английского языка Миша совсем разволновался и сходил в туалет умыться. Глядя в зеркало, он увидел возле верхней губы порез от бритвы. Он вспомнил об этом порезе и расстроился. Миша знал за собой дурацкую черту думать о том, что у него на лице какая-нибудь царапина или прыщик. Если он ставил жирное пятно на одежду во время обеда или ужина, то настроение было испорчено до того момента, пока ему не удавалось переодеться. Миша не мог забыть об этом пятне, даже если оно было едва заметно и невелико. Миша пытался бороться с этой своей чертой, но пока черта побеждала.

Преподаватель пришёл почти вовремя. Он опоздал буквально на считаные минуты. Мише это понравилось. Валентина провела его к Мише в кабинет, и Миша увидел нормального человека в скромном, но не нелепом костюме. На вид он был точно существенно ниже Миши, наверняка немного старше и заметно волновался. Мише это понравилось очень. Он встал навстречу вошедшему, и они пожали друг другу руки.

– Олег, – сказал преподаватель.

– Михаил, – улыбаясь, сказал Миша, – присаживайтесь.

Они сели – Миша на своё обычное место, Олег на стул перед его столом. Олег замялся и не знал, куда ему девать портфель, но после заминки он поставил его себе на колени и уставился на Мишу. Возникла неловкая пауза.

– Знаете, Михаил, – наконец сказал Олег, – я не раз был вот в таких ситуациях. Я эти ситуации очень не люблю. У меня было много учеников среди руководителей разного уровня. Вы меня извините, но я сейчас себя чувствую, как на приёме, которого я долго добивался, а это не совсем так. Правда? – Олег улыбнулся. – Если вы не возражаете, перейдём сразу к делу?

– Ну, разумеется, – ответил Миша и улыбнулся. А сам подумал: «Ну, сейчас будет спрашивать о моём уровне знания языка, чёрт бы его побрал».

– Тогда я скажу напрямик, – Олег откашлялся. Было заметно, что он волнуется. – От нашей теперешней встречи зависит, будем мы дальше встречаться и работать вместе или не будем. Но это зависит, извините, не только от того, понравлюсь ли я вам, но и понравитесь ли вы мне. А пока я чувствую себя, будто я пришёл вас о чём-то просить, – он замялся на секунду. – Вы не могли бы пересесть из своего руководящего кресла ко мне сюда? Тут ещё один стул есть…

– Ой! Да конечно… – Миша несколько удивился, но не счёл его слова наглыми или неприличными. Он тут же пересел на тот самый стул. – Пожалуйста.

– Спасибо! – улыбался и волновался Олег. – Чёрт возьми, никак не могу привыкнуть к таким вот процедурам.

– Теперь вам удобно, – слегка язвительно, но внешне совершенно дружелюбно сказал Миша. Он ждал начала проверки его уровня знаний.

– Я не буду выяснять сейчас, как и насколько хорошо или плохо вы знаете язык, сказал Олег. – Мне важно спросить вас о другом, чтобы понять, что мы будем с вами делать, если решим, что будем работать.

– Спрашивайте. Пожалуйста, – сказал Миша, чувствуя, что ему этот Олег начинает нравиться по-настоящему.

– Можете не сомневаться, у меня большой опыт работы с разными людьми, разного возраста и уровня знаний, – голос Олега быстро выровнялся и окреп. – Вам нужно ответить мне, как вы сами оцениваете свои знания языка?

– Очень и очень слабые знания, – быстро ответил Миша.

– Но вы пытались когда-нибудь изъясняться по-английски? Был опыт?

– Именно что пытался, – усмехнулся Миша, – а что было делать? Было нужно. Но только на уровне магазина или ресторана. Да и то жестами объяснял лучше.

– Но покупку вы совершили? – продолжал Олег.

– Да, совершил, – пожал плечами Миша.

– Понятно! Значит, по-английски вы говорили, и языковой барьер переступали, – Олег на этих словах едва заметно улыбнулся. – А теперь попробуйте сформулировать, зачем вам нужно более глубокое знание языка?