Никита Питерский - Семь кабинок

Штрих пожал плечами:

– Давай подождем.

– Подождем чего? Второго пришествия? – Олег не ожидал, что Штрих окажется таким тугодумом. Что значит: «Давай подождем»?! И войти ведь кто-то может в любую минуту. И ехать уже пора. На диске – информация. Она денег стоит, и не только денег, судя по всему.

– А вдруг кто-нибудь войдет? Нам что, отношения сейчас выяснять или… – Котенок явно не хотела говорить об их совместном будущем. Алексей же, похоже, собрался во что бы то ни стало решить этот вопрос сейчас. Раз и навсегда. Ну и дурак, подумал Олег. Чего он к ней привязался?! – Да никто не войдет, а потом у меня даже шанса не будет поговорить на эту тему. Как только ты отсюда выйдешь, я с тобой даже словом перекинуться не смогу.

Они сами не заметили, как стали разговаривать, не обращая никакого внимания на этих придурков в кабинке. Штрих развил свою мысль:

– Давай выйдем отсюда, зайдем в бар, закажем по коктейлю, выпьем и вернемся. За это время они уже выметутся отсюда, мы возьмем диск, и все будут довольны.

– Выметутся?! Да они вон никак не начнут! А если они тут до утра проторчат, что тогда? – Олег начал выходить из себя. Он догадывался, почему Штрих предложил посидеть в баре. Дураку понятно, что тот собирался продолжить шуры-муры с барменшей в костюме из балета… как его… «Озеро лебедей», что ли?

– Если мы здесь устроим дискуссию на полчаса, сюда точно кто-нибудь войдет, и мы с тобой вылетим с работы! – Невидимая девушка упорно не желала выяснять отношения. И была права, конечно. Что за чудика она с собой сюда притащила?! Небось малахольный какой-нибудь. Маменькин сынок. До пятнадцати соску сосал и писался в постели.

И тут Алешин голос вдруг взлетел на такую высоту, что Олег и Штрих невольно вздрогнули:

– Кто сюда может войти?! Сантехники уже ушли, уборщицы сюда заходят раз в день, да и то только швабру взять! Да к тому же, что одна, что вторая такие старые, что уже не врубаются ни во что. Даже если ты будешь стонать, как ненормальная, они подумают, что это кто-то воду в унитазе спускает!

Штрих понял, что Олег прав: эта фигня может продолжаться до бесконечности.

– И что ты предлагаешь?

– Выкинуть их оттуда. – Олег предпочитал решать вопросы быстро, с применением грубой физической силы. Для него это был самый эффективный и, главное, надежный метод. А что, в самом деле, разговоры, что ли, разговаривать?!

– А руководство? Они уже почти час сидят, скоро их в туалет потянет, – не унималась Котенок. Дурочку из себя состроила, как будто начальство реально что-то забыло в загаженном туалете, закрытом на ремонт.

– Выкинуть? – Штриху совсем не понравился такой подход к делу. – В любом случае применения силы это будет лишний шум. Сбежится охрана и все такое. Им это надо?!

– Ну, ты скажешь тоже! Не пойдут же они в сортир, который на ремонте, – принял ее слова за чистую монету Алексей. До чего же непонятливый парень попался! Да еще и упертый. По голосу Алексея Штрих понял, что тот будет стоять на своем до конца.

– Штрих, ты вообще въезжаешь в ситуацию? Там, за дверью, маленький кругленький диск, за который мы получим сорок кусков зелени, и у в хода в клуб нас ждет покупатель. – Олег походил на безбашенного ребенка, которому строгие родители долго спуску не давали, и от этого он стал только еще более безбашенным. Так всегда бывает с такими, как он.

И Штрих сдался:

– Ладно, поступай, как считаешь нужным!

Олегу повторять не нужно было, он только того и ждал. Первым делом следовало послушать, до чего эти туалетные подпольщики договорились. Не врубаясь, он прижался ухом к пыльной двери.

Котенок как раз решила, что пора перекрыть Алексею кислород:

– Мы встречаемся всего две недели, а ты уже требуешь от меня, чтобы я бросила своего парня и переехала к тебе! Ты вообще просчитывал, какие у тебя шансы?!

Кажется, своим вопросом она застала Алексея врасплох. Наступило гробовое молчание. Олег решил не ждать, покуда парень подсчитает свои шансы на успех – черт его знает, силен ли он в такой арифметике? – и постучал в дверь, за которой сидели эти придурки. В ответ – ни звука.

– Эй, выходите! – Олег постучал еще раз.

Третья кабинка снова ответила молчанием.

Олег был сама деликатность, но Штрих-то знал, что терпение приятеля на исходе. Так же как и тех, кто ждал снаружи.

– Послушайте, я никому про вас не скажу! Просто мне очень нужно попасть в вашу кабинку.

Наконец из кабинки рявкнул грозный голос Ко­тенка:

– Это женский туалет, выйдите немедленно!!!