Елена Сазанович - «Я слушаю, Лина…»

– Я только хотел крикнуть: как я люблю тебя, Лина. И как хорошо все-таки жить.

Я улыбнулась. Мои страхи мгновенно улетучились.

– Об этом можно сказать и шепотом.

Он приблизил губы к моему уху. И зашептал:

– Как я люблю тебя, Лина. И как хорошо все-таки жить.

И я вновь ощутила горечь его потресканных губ. И со всей силы прижалась к нему. Мы были вместе. Мы доверяли друг другу. Значит у нас был шанс победить…

Этим же утром мы увидели по телевизору фотографию разыскиваемого преступника: безработного. Без определенного места жительства. С особыми приметами.

– Кто тебе перебил нос, Малыш?

– Я хороший боксер, Лина. В этом ты еще сможешь убедиться.

– Почему у тебя нет дома, Малыш?

– Он уже есть. Это твой дом, Лина.

– Почему ты нигде не работал, Малыш?

– Я не нашел дело по душе. Но мне кажется, я его скоро найду.

– Обязательно, Малыш. Обязательно найдешь. Конченных людей не бывает.

– Я рад, что ты это понимаешь…

Пожалуй я слишком опрометчиво произнесла эти слова. Конченных людей не бывает. Я тогда верила в это. Но совсем скоро под силой обстоятельств мне пришлось изменить этим словам. Просто чувства вновь оказались гораздо сильнее чувства долга.

У меня уже созрел план действий. Но с этим я пока решила повременить. И оставить на случай безвыходной, крайней ситуации. Возможно, заэто время что-нибудь произошло в расследовании Даника. И мне нужно было это выяснить.

Я уверенным шагом направлялась в здание прокуратуры. И не обратила внимания на девушку, зябко ежившуюся на улице. Неподалеку от центрального входа. Я не ждала, что этим утром меня могут ждать.

– Лина Владимировна? – услышала я позади себя тоненький голосок. И обернулась.

Я ее сразу узнала. Я уже научилась узнавать подвальных подростков. Это она вчера так яростно защищала Лиманова. Я еще подумала, что она непременно в него влюблена. Мое сердце учащенно забилось. Я боялась любой информации. И еще вчера почувствовала, что ей есть что сказать. Но, обманывая себя, я вчера отогнала эти предположения.

– Да. Я слушаю. Вы что-то хотите.

– Нет… То есть – да, – испуганно пролепетала она. – Мне нужно с вами поговорить.

– Ты уже к кому-то обращалась? – спокойно спросила я. Хотя боялась не меньше ее. Если она уже успела наболтать лишнего Данику?

Девушка отрицательно покачала головой.

– Я ждала именно вас.

– Почему? – мне нужно было знать все.

– Просто… Мне вчера показалось, что вы не заинтересованы посадить Олега.

– Ты не правильно меня поняла, милая! Я просто заинтересована найти правду!

– Да, конечно. Я не правильно выразилась. Просто я знаю, что его объявили преступником. Он в розыске. И раз убита дочь прокурора – Олега ждет самое худшее. Но вы… Но вы хотите отыскать правду. Значит, может быть, вы могли бы помочь…

– Что значит – помочь?

– Дело в том… Дело в том, что когда это произошло. Ну, той ночью… Был свидетель этого.

– Свидетель?! – вскрикнула я. – Они были не одни!

Я схватила девушку за руку и отвела в сторону.

– Ты говоришь – свидетель… Но ты не ошибаешься? Пойми. Речь идет о человеческой жизни…

– Я это понимаю. Именно поэтому я решилась вам сказать. Хотя он мне угрожал…

– Кто! Кто угрожал! Ну же, говори!

– Вы вчера его видели. Рыжий такой.

– Так я и знала. Хорек.

Девушка слегка улыбнулась.

– Да, он похож на хорька. Но… Но в общем дело не в этом. Он был там. И все видел. Он видел, что все произошло внезапно. Что это было непреднамеренное, случайное убийство. Она спровоцировала Олега, чтобы он ударил ее. Она словно испытывала его терпение. Я подумала… Вы должны это знать. Ведь если есть свидетель… Уже ничего нельзя сделать с Олегом. Правда?

Я плохо слышала, что она лепетала. Я уже думала о своем. Обстоятельства явно поворачивались в нашу пользу. Теперь нужно было найти правильное решение. Согласно этим фактам.

– Скажи… Почему этот хорек не хотел, чтобы ты рассказала? Если он был другом, почему он не захотел вмешаться?

– Ну… Я толком не знаю. Но, по-моему, он боялся. Он не хотел связываться с милицией. У него какое-то темное прошлое. Он, по-моему, уже был осужден условно. И потом… Потом, ему всегда нравилась Нина. И она все время заигрывала с ним, назло Олегу. Возможно, еще поэтому тот ударил ее.

– Настолько боялся милиции, что все время ей грубил и хамил. Нет, милая. Здесь, возможно, другое, – и я чуть не потерла руки от удовольствия. И мои глаза засветились радостью. Мне казалось, я нахожу выход.